Ты… не здесь,
Мне кажется, продолженья нет.
И в моей душе
Цветы осыпаются,
Мечты забываются…
Я знаю, что навсегда уже…
Остался белым снегом
На моей руке.
Капли света -
Шёпотом нежным в груди.
Не уходи,
Я же слышу, что любовь твоя
Ещё дышит –
Ты не обманешь себя.
Знаю, знаю, что любишь меня,
Ты меня…
Дай… мне шанс
Забыть тебя,
Стань невидимым,
Забери мечты
И воспоминания.
Они без твоей любви
Всю душу лишь мне изранили…
Остался белым снегом
На моей руке.
Капли света -
Шёпотом нежным в груди.
Не уходи,
Я же слышу, что любовь твоя
Ещё дышит –
Ты не обманешь себя.
Знаю, знаю, что любишь меня,
Ты меня…
С Крис мы встречаемся редко. Она вся погрузилась в работу, а больше близких друзей у меня нет. Мама всячески старается мне угодить, возится со мной, как с маленькой, что раздражает еще больше.
Месяц назад я завела любовную связь с предпринимателем Павлом. Он директор крупной строительной фирмы. Каждый день клянется мне в любви и поет дифирамбы. Конечно, это льстит моему самолюбию, но что-то серьезное я с ним не планирую. Он неплохой любовник, раскрепощенный и даже немного жесткий, с привлекательной внешностью: высокий лоб, широко расставленные круглые глаза, густые брови, жесткая щетина, что говорит о его жгучем темпераменте, узкие губы. Одевается он только в дорогих салонах и ухаживает за собой. Но не испытываю я к нему никаких эмоций и чувств, пустота внутри – и только. В моем гардеробе это всего лишь красивые дорогие туфли, которые жмут, а выкинуть жалко. Он мне нужен был, как отдушина какая-то, что ли. Я подумывала расстаться с ним окончательно, так как Пашка выдумал себе Бог весть что: собрался жениться на мне.
Хлопнула входная дверь. Мама с работы пришла.
– Доча, привет, тебе письмо! – крикнула она. Почему-то сердце испуганно забилось: какое еще письмо?
Я вышла, поцеловала маму и взяла конверт. И снова – без обратного адреса. Я в нетерпении раскрыла его и увидела короткую записку.
«Любовь моя, самая прекрасная девушка на свете, предел моих желаний! Ты разобьешь мне сердце, если не придешь сегодня на Затон. Буду ждать тебя в десять вечера у последнего мыса! Мне нужно, наконец, открыться!»
Я прижала записку к сердцу. О, Филипп, ты все же не смог уйти от судьбы! Мы предназначены друг для друга! Затон был излюбленным местом наших свиданий. Тенистый крутой берег, мало народу, песчаный пляж и река. От радости я пустилась в дикий пляс, чем-то напоминающий танец дикого племени. Времени уже восемь. Нужно собраться и выглядеть на все сто! Час я собиралась, и вскоре, накрашенная и наряженная, выехала на Затон. После двадцати минут пути, свернула на гравийную дорогу направо, которая привела меня к пляжу. Он сказал у последнего мыса. По узкой песчаной дороге я поехала дальше, находясь между двумя обрывами. Вскоре доехала до тупика и вышла. Уже стемнело, и стало как-то не по себе. Я спустилась к реке, но никого не обнаружила. Чья-то лодка, привязана к камню. Неожиданно что-то твердое уперлось мне в спину.
– Спокойно, без резких движений. Иди в лодку, – тихо зазвучал голос сзади. – Не то, получишь пулю в спину.
Я послушно шла, хотя ноги от страха подкашивались. Вот я глупая. Совсем страх потеряла из-за любви к Филиппу. Правильно говорят: девушки слышат лишь то, что хотят слышать. Я тихо спросила:
– Кто Вы? Зачем Вы это делаете? – но ответом мне была лишь гнетущая тишина.
Села в лодку и посмотрела на него. Человек в черном, на лице – маска. Он развязал лодку, залез в нее и принялся грести. – Я могу Вам заплатить. Много, – попыталась я его подкупить.
И тут мне пришло в голову, что всегда стараюсь найти выход в деньгах: с Костей, с таксистом, сейчас… Давно пора осознать, что деньги не решают всех проблем, а наоборот, их создают. Он молча работал веслами.
– Почему Вы хотите меня убить? Что я сделала? – я дрожала и испуганно смотрела на пистолет, который он держал в правой руке вместе с веслом. Все, это конец. Этот псих застрелит меня. Я не выдержала и заплакала. Он не обращал внимания. На берегу никого нет, помощи ждать неоткуда. Совсем стемнело. Есть вариант нырнуть под воду, но успею ли? Мы доплыли до середины реки, и он остановился. Злоумышленник снял маску, я вгляделась в лицо, и зажала рот рукой. Не может быть!..