– Вика, прости меня, не надо было тебя отпускать. На твой день рождения мы поругались, и ты выбежала из дома в дождь и грозу. Тебя на большой скорости сбила машина. Хорошо, вовремя поспела «скорая», а то мы могли тебя потерять. Ты почти год пробыла в коме. У тебя тяжелая черепно-мозговая травма. Тебя не отключали только потому, что у тебя все время шла активная мозговая деятельность. Ты как будто жила в своем внутреннем мире, переживала чувства и эмоции, постоянно думала. Но последние два дня и это пропало. Мне позвонили и сказали, что будут отключать аппарат искусственного дыхания, и я приехал с тобой попрощаться. Ты не поверишь, я молился, потом разговаривал с тобой, ходил, как умалишенный, по палате взад вперед. Я не мог смириться, что скоро потеряю тебя совсем. Вдруг я вижу слезу у тебя на щеке, – у Филиппа заблестели глаза. – Но теперь все будет хорошо. Обещаю, буду больше уделять вам внимания. Завтра напишу рапорт на отпуск. Полетим отдыхать на Гавайи, как ты хотела.
– Не надо на Гавайи, – улыбнулась я.
– Куда захочешь!
Несмотря на боль и слабость, я почувствовала себя счастливой, как никогда. Это всё было… кошмарным сном, это всего лишь сон! Вот они, самые мои дорогие и любимые человечки на свете! Они рядом, любят и переживают. Это ли не счастье? Я посмотрела на всех и с чувством произнесла:
– Дорогие мои, любимые, простите меня за все. Я очень вас люблю и всегда буду рядом. Ближе и дороже вас у меня никого нет, вы мое самое большое счастье и богатство.
Мама заревела и отошла. Детки резвились в палате. Я притянула Филиппа к себе и жадно поцеловала в губы, насколько могла сделать это своими еле двигающимися губами.
…Спустя два месяца, меня выписали из больницы. Я была еще очень слаба и проходила курс реабилитации. Дома в честь моего возвращения устроили грандиозный праздник. Огромный разрисованный плакат с надписью: «С возвращением, мама!» от Софьи и Данилы, множество разноцветных гелиевых шаров, летающих по всему дому, и прекрасные цветы от Филиппа. Окрыленная счастьем снова быть дома, я с нежностью гладила стены и мебель. Мама накрыла шикарный стол с моими любимыми блюдами и деликатесами.
Вечер выдался на редкость веселым, все шутили и смеялись. Я обвела присутствующих взглядом. Кристина пришла со своим мужем, они поженились месяц назад. Федоров Илья – директор интерната для детей с умственными отклонениями. По описанию Крис, Федор добрый и интеллигентный. После свадьбы они, не откладывая это дело на потом, усыновили малыша из дома малютки, назвали Савелием. Крис и Федор крепко держались за руки, и чувствовалось, как они счастливы, их глаза блестели и излучали любовь. Мама тоже казалась счастливой, она все время порхала возле меня, спрашивая, не нужно ли мне чего. Сегодня я позволила себе быть маленькой девочкой и дать мамочке поухаживать за мной, при любом удобном случае повторяя ей, как сильно ее люблю. Нарядные дети, как всегда, баловались и измазались тортом. Заиграла медленная композиция Whitney Houston «I will always love you».
– Можно пригласить Вас на танец? – прошептал на ухо Филипп. Я радостно кивнула, и вскоре мы пополыли в медленном танце. Мы не отводили влюбленных глаз друг от друга, и наши сердца бились в унисон.
– Любимая, прости меня, я был эгоистом, мало уделял вам внимания, – заговорил Филипп, крепко сжав меня за талию.
– Нет, нет, это ты прости меня. Это я была эгоисткой, думала только о себе, – перебила я его, нежно проводя пальцами по его шее.
– В общем, оба виноваты, – улыбнулся он и прислонил свой лоб к моему. – Ты так изменилась после этой аварии, тебя не узнать…
– Очень тебя люблю… – Просто ответила я.
– Я для вас горы сверну, родная моя.
– Так по тебе соскучилась, – прошептала я, вдыхая запах его кожи. – Не дождусь, когда уйдут гости.
– Ты все такая же проказница, – улыбнулся Филипп и нежно поцеловал меня в губы.
В оформлении обложки использована фотография автора.