- Башем меня называют лишь избранные. – Недовольно скривился Себастьян, отвечая на ее оклик. – И, при всем моем уважении, Ваше Величество, но вы к ним не относитесь. Но да не суть важно. Что вы хотели, Ваше Величество? Забыли что-то дописать в послание?
- Я хочу попросить об аудиенции с Франциском. – Выпалила Мария, с мольбой во взгляде смотря на друга, коим она продолжала считать Баша, что бы тот не говорил.
- Простите? – Удивился герцог, явно не ожидавший именно этой просьбы. – Не понимаю зачем? В любом случае, уверен, что Франциск не захочет с вами общаться, учитывая, что вы подписались под условием «безоговорочной капитуляции» его страны и перехода в полное вассальное подчинение к вам и к Англии в частности.
- Послушай, Баш, я прошу поверить мне и передать Франциску, что я на его стороне. – Горячо попросила Мария. – Пойми, сейчас у меня не было иного выхода, как подписать этот бред. Но так я дала вам время, чтобы вы быстро мобилизовали свои силы. Елизавета знает, что Франциск на это не пойдет. Знает и готовит войско для решающей битвы. Мне необходимо встретиться с Франциском. Я хочу, чтобы мы вместе решили, как закончить эту войну так, чтобы Франция осталась суверенным и независимым государством. Я прошу только об одной встречи, Баш. – Молила Мария, в порыве схватив руку Себастьяна. Тот как-то испуганно посмотрел на свои руки, а потом снова на королеву.
- Хорошо. – Ответил он спустя минуту, не смея противиться умоляющим карим глазам королевы. Не зная почему, но ему хотелось верить, что она не лжет. – Я передам моему королю вашу просьбу, Ваше Величество.
- Мне необходимо встретиться с ним как можно скорее. На счету каждая минута. У вас нет выхода, кроме как довериться мне. Я не хочу этой войны. Уверена, что Франциск тоже. Да и Испания, насколько мне известно, не стремиться под знамена Англии. Я – это ваш шанс.
- Первое, что спросит у меня мой король: зачем это королеве Шотландии, когда у нее в руках почти мировое господство? – С прищуром спросил Себастьян, убирая свои руки.
- Это я скажу лично Франциску. – Отрезала Мария, беря своего коня под узду. – Передай, что я буду ждать от него вестей.
Сказав это, королева развернула своего коня и, пришпорив его, поскакала обратно в свой замок. Себастьян проводил ее удивленным взглядом, а потом продолжил свой путь, торопясь доставить своему королю уже два послания.
Въехав во двор шотландского замка, Мария увидела Елизавету, которая явно ожидала ее. Спешившись, Мария передала узду своего коня слуге и подошла к названной сестре.
- Я зашла к тебе, справиться о твоем здоровье, но тебя не оказалось в покоях. – Сказала Елизавета, с подозрением смотря на шотландскую королеву. – Одна из твоих служанок сказала, что ты к себе не заходила, а сразу направилась к выходу из замка. И во время приема посла ты была будто сама не своя. Скажи, сестра, тебя что-то беспокоит?
- Я решила немного покататься верхом, надеясь, что свежий воздух лучше поможет мне с моей головной болью, чем просто лежать в покоях. – Ответила Мария, боясь, что Елизавета начнет что-то подозревать.
- Да, свежий воздух – лучшее лекарство. – Казалось, английскую королеву устроил такой ответ подруги. Она снова улыбнулась и, взяв Марию под локоть, повела к входу в замок. – Если тебе помогла твоя поездка, то мне хотелось бы обсудить с тобой наши дальнейшие действия. Я не хочу давать передышку Франции и Испании и начать немедленно стягивать наши войска к их границам. Необходимо для начала изолировать их друг от друга, чтобы они не смогли выступить единым флангом против нас. Я уже послала за своим главнокомандующим и приказала присоединиться к нам в главном зале главнокомандующего Шотландской армии. Вместе мы проработаем план действий, чтобы раз и навсегда поставить королей Франции и Испании на их место. Ты уверена, что тебе все-таки не стоит прилечь ненадолго? – Заботливо переспросила Елизавета у Марии, когда та немного побледнела, услышав слова английской королевы.
- Да, все хорошо. – Мария попыталась улыбнуться как можно убедительнее, и, судя по выражению лица Елизаветы, та ей поверила. Или сделала вид, что поверила.
- Тогда мне бы не хотелось терять время. До прибытия наших главнокомандующих, обсудим все наедине, чтобы потом у нас не было разногласий.
Общаясь, королевы зашли в большой зал, что служил кабинетом для принятия важных решений для государства. Посередине стоял длинный стол с десятком стульев для собрания важных лиц Шотландии. На стене висела большая и подробная карта Шотландии, а рядом такая же карта Англии. На столе лежали несколько бумаг и чернильница с пером. Так же на столе лежала карта Европы для более детального осмотра враждующих государств, что делало возможным четко продумать дальнейшие атакующие шаги.
Королевы встали у стола, нависнув над этой самой картой, внимательно осматривая владения Франции и Испании.
- Мне доложили, что Филипп направил гонца к германскому королю Максимилиану II. – Сообщила Елизавета. – Но ответа пока не получил. Максимилиан не дурак, он знает, что если выступит против нас, то и ему не будет пощады. Так же он понимает, что век Франциска и Филиппа подходит к концу. Они либо примут свое поражение, либо смерть.
- Да, мы пока выигрываем, но исход этой войны пока никому из нас не известен. – Сказала Мария, не отрывая взгляда от карты. Елизавета всегда была через чур амбициозна и самоуверенна. В любой реальности.
- Мне известен. – Жестко произнесла английская королева, не понимая, почему подруга так говорит. – И приезд посла Франции с мольбой о передышке явное тому подтверждение. Франциск с Филиппом понимают, что сейчас не могут дать достойный отпор. Собрав свои войска и пойдя прямо на их города, мы уничтожим то немногое, что осталось от их армии. Они и моргнуть не успеют, как я войду в их замки и заставлю склониться перед нами. Только подумай, Мария, уже никто не сможет выступить против нас. Мы сможем вершить судьбы мира, а не только своих государств.
- Многих не устраивает положение вещей. – Осадила подругу шотландская королева, поднимая взгляд на Елизавету. – И восстание Франции с Испанией прямое тому подтверждение. Максимилиан так же знает, что если он присоединиться к армии Франциска и Филиппа, то это уже нам придется задуматься об исходе войны. А там может и Папе надоест эта бессмысленная война, где христиане убивают христиан.
- Ты разве забыла, как мы принимали Его Святейшество в Англии? – Спросила Елизавета, удивленная заявлением названной сестры, и Мария поняла, что сказала лишнее. – Пий IV ни словом не обмолвился о том, что эту, как ты сказала «бессмысленную» войну необходимо закончить. И как ты вообще можешь так говорить, сестра, когда еще недавно радовалась нашей последней победе на Средиземном море? Честное слово, Мария, я тебя не узнаю сегодня. Ты будто жалеешь наших врагов. Может, ты забыла наши планы? Наши мечты?
- Нет-нет. – Быстро ответила Мария, желая убедить Елизавету в своем полном согласии. Ей необходимо было узнать о планах Англии, чтобы потом обсудить их с Франциском, и вместе победить уже Елизавету. – Я все помню. Мне просто кажется, что ты раньше времени празднуешь победу. Все может перевернуться совсем не в нашу пользу. Будем праздновать, когда Франция и Испания склоняться перед нашим могуществом. И сейчас мы сделаем все для этого.
- Вот теперь я узнаю тебя, сестра. – Довольно заулыбалась Елизавета, смотря на огонек азарта в карих глазах подруги. – Ты права: пока не будет капитуляции, рано праздновать победу.
Они снова склонились над картой, прорабатывая дальнейший план нападения. Вскоре к ним присоединился командующий армии Шотландии, а потом и Англии. Вчетвером они, оживленно советуясь между собой, составили тактику атаки. Только с наступлением вечера, королевы отпустили своих командующих, чтобы те донесли до своих воинов план действий. Сами же королевы отправились на ужин. Елизавета, довольная продуктивным собранием, была необычайно весела и настроена на диалог. Мария, стараясь активно ей подыгрывать, внимательно ее слушала, мысленно уже строя план по свержению Елизаветы. Все-таки у объединенного государства Шотландии и Англии должна быть одна королева. И Елизавета, как внебрачная дочь, явно незаслуженно занимала свой трон. Мария же хотела действительно объединить Англию и Шотландию, сделав ее одним государством. И, конечно, она мечтала разделить свое правление с любимым королем, Франциском II Валуа, действующим правителем Франции.