– Хорошо, – сама любезность, куда бы деться. – Отец разве разрешил вернуться из поместья в Дефорде? – ага, вот, что его интересует.
– Его Светлость, – язык не повернулся назвать герцога «отцом», – Не сказал насколько отослал меня, да и к тому же я сделала все, что от меня требовалось: навела там порядок. Согнала коррумпированную экономку, нашла хорошего домоправителя, придала дому лоска, который он утратил. Да и к тому же, Его Высочество сам вернул меня из Дефорда.
– Я слышал, что ты сделала с экономкой. Госпожа Сецилия, – произнес он так, словно пробовал ее имя на вкус и скривился. – Отец и матушка знают о твоей выходке, поэтому будешь держать ответ перед ними сама.
– Как скажешь, – кивнула я, не надеясь на что-то другое.
– На счет Шейна, – голос его стал еще более недовольным. – Признаюсь я удивлен, что наш кронпринц решился столь открыто показать свои чувства. Однако это не спасет тебя от кары отца. Если ты забыла, напомню: он не любит, когда его приказы не исполняют, а ты его грубо нарушила.
Вот тут мне захотелось выйти в окно. Буквально.
С такой семейкой, которая за не угодность ссылает тебя куда-то к чертям, в обветшалое поместье, где тебе приходится выгрызать себе уважение – и врагов не нужно.
«– Ответ перед отцом.» – мысленно передразнила я, скривившись, но вслух сказала другое:
– Если бы я осталась сидеть там как послушная овца, то спустя год, если не меньше, про меня бы забыли. Доживала бы я там свою жизнь до глубокой старости, – придав голосу холода и жесткости, сказала я. – Я не собираюсь более быть покорной. Я давно поняла одну истину и свыклась с ней: этой семье до меня нет дела. – я специально отделила себя от Сандоров, чтобы показать, насколько мне плевать. – Если герцогу что-то не нравится, то пусть напишет отречение. Я приму его с достоинством и слова поперек не скажу, – честно сказала все то, что пришло на ум. Только и правда если меня здесь за человека не считают, то смысл мне быть частью этого «рода».
– Уверена, что не пожалеешь? – с прищуром смотря на меня, спросил Ной.
– Уверена, – выплюнула я и не выдержав сказала: – Все таки с твоим характером не удивительно, что тебя охмурила такая невеста. Она хитро поступила, поймав тебя на крючок, подстроив все от и до, – на губах расцвела злая усмешка, когда лицо Ноя посерело, лишь подтверждая мою догадку с тем, что Несса скомпрометировала брата.
– Откуда? – просипел он, дергая за ворот рубашки.
– Если есть мозги, информация и сопоставить некоторые факты, то догадаться не сложно, – невинно сказала я, чувствуя удовольствие от того, как поставила его на место. Признаюсь, мне жаль Ноя, но если бы не его отвратительный характер.
– Надеюсь, ты понимаешь, что нужно держать язык за зубами? – почти прошипел он, яростно сверкая глазами.
– Все что твоей душе угодно, – благодушно кивнула я, следя за тем, как брат встает и разворачивается к окну. Поза напряженная и нервная.
Тяжело вздохнув, я вновь пожалела о том, что сказала. Все же не шутки, когда заставляют жениться по нелюбви, а тут фактически заставляют.
– Если бы ты был чуть лояльнее, Ной, – тихо отозвалась я, когда веселое настроение сменилось опустошающей тоской. – Да, не только ты, но и вся семья. Может мы нашли бы способ не дать тебе жениться на Нессе.
– Ха, – невесело хмыкнул он, встав боком и смотря на меня печальными глазами, что стали более темного цвета. – Несса оказалась хитрой. Я попался как мальчишка, хотя и знал, на что идут девушки ради выгодного брака. Бессонные ночи, чтобы найти решение, но…ничего, – признался Ной, тяжело вздыхая. От мужчины, что встретил меня холодно и отчужденно, практически не осталось следа. Только что мы препирались, а теперь…
Он напомнил мне маленького мальчика, который потерялся где-то в дебрях леса и не может найти заветный выход, чтобы вернуться домой.
– Она ведь не ждет от тебя ребенка? – спросила я на прямую. У меня был план, но для его свершения нужно, чтобы Несса была чиста.
– Нет, слава Этерне, обошлось, – признался он, смотря на меня с прищуром. – Почему ты спросила?
– Потому что я знаю, как избавиться от Нессы. Признаюсь, я делаю это не сколько ради тебя, сколько для себя, – признала я. – Мне она не понравилась. Объявилась в поместье, пыталась поставить в неловкое положение.