– Знаешь ли ты графиню Ниар? – спросил Ной.
– Видела пару раз на балах, а недавно и вовсе узнала, что графство на грани банкротства. Прогорело дело с заводом по огранке рубинов и очистке золота, а также было потеряно ряд шахт с добытыми ресурсами, – вспомнила я, доклад, что довелось изучить в кабинете Шейна. – А что не так? При чем тут Несса?
– Произошло недоразумение, которое вылилось в нежелательный брак для меня. – сказал он, вводя меня в ступор. Я смотрела на герцога и не знала, что сказать.
– Стоп. Что? Как?!
– Несса и я провели вместе ночь, – кашлянул Ной, заставляя уже нахмуриться и часто задышать. На сердце стало как-то противно, неприятно и удушающе больно, словно мне плюнули в лицо. Мужчина, которого я уважаю и люблю не меньше, чем Шейна и Эреба, признается о таком.
– Так и знал, что не стоит говорить тебе об этом, – тяжело вздохнув и начав растирать лицо, пробормотал он.
– И что ты будешь делать? – почувствовав как свербит в носу и щиплет глаза, я быстро заморгала. К чему слезы?
– Женюсь, – горько усмехнулся Ной. – Отец и граф Ниар объявят обо всем во время бала в поместье маркиза Сельвара.
– Ясно, – тихо ответила я, опуская взгляд на свои руки.
Скрипнули ножки стула, шаги и вот Ной сидит передо мной, развернув меня к себе и взяв за руки. Его ладони были чуть шершавыми от мозолей, которые остались со времен академии, и теплыми. Изящные пальцы мягко касались моей кожи, обводили каждую костяшку, а после он нежно коснулся губами моих рук, опаляя теплым дыханием. Волна мурашек прошлась по спине.
Судорожно вздохнув, я прикрыла глаза и позволила слезам упасть на платье, что тут же скрылись в складках небесно-голубой юбки.
– Почему ты плачешь Селеста? – стирая слезы, тихо пробормотал герцог. – Это не стоит твоих слез.
– Что может быть хуже женитьбы не по любви? – всхлипнула я, поджимая губы. Сердце сжалось в груди до неприятной боли, что завязывалась в узел без начала и конца, столь сложный и нерушимый, а эмоции комом встали поперек горла, не давая сказать и словом больше.
Мои мысли путались, не давая четко осознать, почему это известие ранило меня столь сильно.
В этот момент, я поняла, что может это любовь? Только разве я могу любить Ноя? Я дорожила нашей дружбой, что зародилась более пяти лет назад, на этом самом месте. Мужчину, что всегда слушал меня с интересом и трепетом, отвечал на каждый мой вопрос, рассказывал о жизни в академии, как после приезда с обучения старался провести со мной свободное время.
Мое сердце сжималось от одной только мысли, что он будет с Нессой: проводить все время с ней. Тогда нашим чаепитиями, разговорам придет конец, а мы оба больше не сможем столь свободно общаться. Мысль, что я лишусь этого человека была настолько невыносимой, что я едва могла дышать.
Я не могла признаться себе, что это была любовь. Разум пытался объяснить боль как обычную грусть за друга. Только эмоции были слишком сильны и ощущались ярче прежних. Внутренний конфликт разрывал меня на части: разум утверждал одно, а сердце с трудом осознавая, говорило о сильным чувствах.
– Я переживу, – попытался улыбнуться Ной, словно уговаривая в этом не только меня, но и себя. Не сдержавшись, я обняла его, вдыхая аромат дерева, жженого сахара и спелых яблок – дыхание дома, в котором можно найти покой и спасение.
Он осторожно заключил меня в кольцо своих рук, зарываясь лицом в мои волосы.
***
Стоя в тени деревьев, что скрывали меня от слуг, шумных сборов и палящего солнца, я наблюдала за беготней и громкими приказами, отдаваемые дворецким и старшей фрейлиной королевы – леди Амины. Оба подгоняли пажей, которые грузили сундуки с вещами в кареты. Времени до отбытия оставалось всего ничего.
Взмахнув веером, я отвернулась в сторону дворцового сада. Мягкий и освежающий ветер касался волос, кожи лица и рук, унося всю усталость и угрюмость.
Настолько было сильно мое желание не ехать в поместье маркиза, что я готова была претвориться больной. Однако матушка раскусила меня раньше и передала записку с просьбой «вести себя подобающе».
– Селеста, – донесся из далека голос Эреба. Приоткрыв глаз, увидела как друг держит путь ко мне. Он вышел со стороны западного крыла: значит был у Шейна. Хотя это и не удивительно, Эреб помогает брату по мере необходимости и отвечает за половину его корреспонденции и некоторые обязанности.