– Белые нити символизируют твой жизненный путь, все решения и поступки, которые формируют твою личность. Голубые нити – это твои мечты и желания, все, к чему ты стремишься, но чего не всегда удается достичь. А золотые нити – самые редкие. Они отмечают твое предназначение, великие моменты, когда твоя судьба пересекается с чем-то божественным или особенным, когда твоя жизнь наполняется истинным смыслом и светом. Трогать их я могу лишь при рождении, когда вплетаю их в клубок, но после нет, – все же любезно ответила она, однако по тону я прочувствовал, что более на мои вопросы ответов ждать не стоит.
– Благодарю вас за доброту, Многоликая, – поклонился я, чувствуя как меня утягивает обратно в реальность.
– Помни, что время и судьба тесно переплетены, – донеслось ее последнее напутствие.
После этого я провалился во тьму. Она обволакивала меня, баюкала и шептала что-то. Я мог слышать неразборчивые слова, пока в один из дней четко расслышал имя.
Эвелин.
Тени смеялись, ликовали и принимали причудливые формы. Они словно радовались маленькой победе, вновь шепчась и поглядывая на меня без особой злобы, а наоборот с радостью и любопытством. Я наблюдал и ждал, когда же наступит свет.
И вот в один из дней, я проснулся в полной тишине и полутьме. Ощущалась легкость во всем теле, запахи настоек, что пропитали комнату и теплый ветерок, что задувал из приоткрытого окна.
На дворе стояла глубокая ночь. В комнате горел одинокий кристалл, а на тумбочке покоился поднос с пузырьками и графин воды. Еле встав с постели и держась за столбик кровати, я сделал несколько нетвердых шагов к креслу, на которой небрежно лежала туника. Накинув ее поверх пижамной рубашки и штанов и проковылял к гостиной.
На кресле у камина уснул Исар. Держась за стену, я как можно тише пробрался к выходу. Я не знал, куда держал путь. Меня что-то куда-то тянуло, словно подталкивало в спину. Я шел в свете полной луны, шлепая босыми ногами по каменным полам, придерживая раненную руку, которая давала о себе знать неприятной пульсацией и прислушивался к звукам дворца.
Путь мой был совсем не долог. Я прошел всего несколько дверей, пока не заметил, что одна из них приоткрыта, а за ней раздался одинокий всхлип. Южная башня наполовину пустовала. Третий этаж занимали король с королевой, вторая была отдана мне и Селесте, но комнаты сестры находились дальше по коридору.
Осторожно постучав в дверь, но не получив ответа, я решился войти и пройти в глубь. В гостиной, что явно было на половину меньше моей, все окна были на распашку, занавески из шелка раздувались на ветру. Подсвечиваемые луной, они напоминали духов.
– Кто здесь? – донесся испуганный девичий голос со стороны софы. На ней уткнувшись в колени лицом, сидела девочка. Черные волосы блестели в темноте, сорочка, которая явно была больше на размер, скрывала руки и ноги, а глаза – зелененые и яркие даже в темени, блестели от слез.
– Прошу прощения, что зашел без разрешения, – осторожно подходя к ней, сказал я. Я видел как она вздрогнула толи от прохлады, толи от страха, а голос мелко дрожал. На вид, ей не дашь больше тринадцати лет, если не меньше.
– Что вы тут делаете? – всхлипнув, она уперлась спиной в обивку дивана, словно пытаясь слиться с ним.
– Я услышал, что вы плачете и решил, что что-то случилось и вам нужна помощь. Не хотел напугать вас, – объяснился я, присаживаясь в ее ногах: не хотелось пугать ее сильнее. – Могу я вам чем-то помочь?
Голос мой был мягок и вкрадчив, однако девочка продолжала всхлипывать, хоть и чувствовалось, что дрожь и страх постепенно сходили на нет.
– Я боюсь спать, – тихо прошептала она, отвернувшись так, что волосы скрыли ее лицо. – Я чувствую, что тени наблюдают за мной из каждого угла. Даже сейчас, мы сидим под светом луны – а они смотрят и хотят подойти.
– Тени? – хмуро поинтересовался я, не поверил своим ушам. В какой-то момент, я поймал себя на том, что всматриваюсь в тьму, словно легион – армия теневых монстров, о которой ходило столько легенд, вот-вот нападет на нас. Однако я не чувствовал ничего.
– Да… – ее худенькие руки, обхватили колени, а она сама сжалась в комочек. Осознание того, что я не знаю имени девочки и что она тут делает – прорезало сознание, что я вкрадчиво поинтересовался.