Слава молча на него смотрел, пытаясь что то разглядеть на лице Льва. Может он искал в них уверенность в его же словах, а может хотел проверить правдивость. Он опустил взгляд и взялся за голову. Может Артур прав? Гаврила не ребёнок и на войне за всем не уследишь… Но кидать его? Нет.
Что насчёт Льва, то он правда так думал сейчас. Сейчас он уверен, что Гаврила в относительной безопасности для этого поля боя, среди своих и помочь ему кто нибудь сможет, если это конечно было возможно. Однако десять минут назад, он не думал об этом. Ему было абсолютно все равно, чтобы там не случилось. А знал ли он в глубине души, что Гавриле правда помогут? Или он просто хотел ехать дальше, не отступая, не рискуя ничем своим. Все равно на эту деревенщину. Их много, он один… Близкий к совершенству. Но разве совершенство не должно быть средним во всём? Середина же действительно золота. И не значит ли это, что он должен в свою меру думать и о других. Но тогда он отвлечется от себя и не сможет в полной мере думать как должен… Но, но…
Рядом что-то взорвалось. Песок фонтаном полетел на них, Слава закрылся руками.
— Артур…
— Слава, сейчас не время для разговоров, выясним отношения позже.
— Да-да… — уверенно повторил он.
— Пошли. — Слава ухватил его за локоть, прежде чем тот встал.
— Если кинешь меня так же легко я убью тебя Артур. Один ты вряд ли что-то тут сделаешь, ты это знаешь. Я клянусь, я убью тебя если ты повторишь это, я расстреляю тебе всю спину из этого пулемёта. — Слава отпустил Льва. Тот понял, что он не врёт.
Они поднялись из за меха рыцаря, труп истёк кровью в кабине. Крепость кажется ещё немного обвалилась от ударов артиллерии и авиации. Самолёт пролетел в метрах двадцати над их головами, оставляя черную полосу дыма и с грохотом рухнул вперёди. Танки ехали стрелой вперёд, за каждым по отряду солдат.
Ребята переглянулись и побежали к одному из них. Они перелезли через меха- рыцаря, обогнули два взорвавшихся танка и без особых проблем дальше добежали до своей цели, где уже встали за один из последних в цепи танков, которые по расчетам командования должны были уже пробиться либо к дыре, либо к воротам.
"Темно… — подумал он — А в темноте звёздочки… Красные, жёлтые, оранжевые… Но почему так холодно?"
Шлепок.
Гаврила открыл глаза и сразу сщурился от солнца. Контура двух фигур, которые что то невнятно говорили, сначала были непонятные, но потом стали все более знакомыми, пока не стали уже различимыми. Холод пропал и Гаврила решил чуть приподняться.
— Ух… Крепко же я… — сказал он взявшись за голову. Хотя спина болела ничуть не меньше.
— Гаврила! — взволнованно вскрикнула Юля. — Лежи, не двигайся — она надавила на его плечи, но Гаврила не обращая на это внимание сел.
— Ну что Гаврила, не успел повидаться с дедушками? — шутливо спросил Федя. — Я уже подумал, что тебя надо оттащить куда-то. Но потом мы поняли, что ты просто отключился. Тебе повезло вообще.
— Я в детстве и сильнее бился. Как то выпал с четвёртого этажа, когда надо было оторваться от местных хулиганов. Правда упал я на мусор, но думаю это было хуже. Потом все болело, папа был недоволен. Но зато оторвался. — с улыбкой ответил Гаврила, уже сев. Спина ныла, будто в него кидались камнями.
— Артур и Слава… Они живы? — поинтересовалась Юля.
Гаврила два раза моргнул, как будто не понимал, что обращаются к нему и когда Юля решила, что он ничего не услышал он ответил:
— Я не знаю. Последнее что я видел, они ехали вперёд — он повернул голову в сторону крепости.
Юля тоже молча смотрела, как две уничтожающие друг друга толпы сражаются за каждый метр песка. Где там все ее друзья, с которыми она прошла долгий путь. Там, в середине этого вихря.
Столь дикая ненависть и злость по отношению друг к другу свела их в единый порыв кровопролития. Они убивали друг друга не из за войны, они убивали ведь искренне ненавидели не похожих и в тоже время одинаковых по сути существ. Две стороны с небольшими физическими отличиями, но с такими же схожими взглядами. Они шли с одинаковыми криками " за короля", с одинаковыми проклятиями друг на друга и уходила оттуда с одинаково горькими слезами, уползая в тыл. Битвы заканчиваются, как и войны, но эта вражда, идущая из поколения в поколение, из уст в уста лишь горит все сильнее.
Когда-то, даже не так давно, они объединились. Они сами этого почти не помнят, это считается сказками, что все антропморфы могут идти плечом к плечу, защищая друг друга. Сейчас бы это была действительно дикая картина. Но тогда так и было, общий враг и общая цель объединила их вместе… Общими силами они добились цели и даже мира на какое-то время. Но потом все началось снова. Не могут существа столь похожие жить вместе если они не могут объединиться против какой-то общей проблемы.