— Вы там живы? — прокричал Тагир.
— Тагир? — спросил Саша не вылезая.
Тагир остолбенел на минуту, не понимая. Саша повторил этот вопрос. Тагир молчал, словно прикусил язык и хотел было спросить откуда им известно это имя. Конечно он знал, что он теперь будет известен врагам и будет являться в их кошмарах. Он ведь великий аристократ, очиститель сего мира от грязи его в виде псов. Но так быстро? Они за ним следили. Не успел Тагир спросить, откуда им известно его имя, как показались вытянутые две лапы, а потом и голова Гриши. Он как и его брат, разделял точку зрения, что Тагир явно бывает не в себе и решил не рисковать.
— Это я. — сказал Гриша, спускаясь. С другой стороны вышел Саша.
Лже аристократ не признал их в первые секунды, продолжая держать лапу на рукоятке шпаги. По правде сказать, он не удосужился выучить имена котов, которые его не волновали. В их список братья и входили. Но вглядевшись в их лица, он вспомнил и отпустил рукоять. Братья тоже опустили руки.
Гриша подошёл к Тагиру вплотную и почувствовал резкий запах крови, что сбивал с ног. Казалось под одеждой у Тагира одно мясо и кровь без кожи, хотя форма выглядела весьма себе неплохо, не считая пару дыр, где кровь засохла. Лицо у Тагира кажется стало грубее. Из своего богатого словаря, не Гриша не Саша так и не смогли найти более подходящего слова.
— Ты как очутился в одиночку? — удивлённо спросил Гриша, разглядывая дыры на его форме.
— Тот же вопрос. Откуда вы достали эту штуку? Я видел как на них уезжали псы отсюда. — поинтересовался Тагир. Он уже думал в своей голове, что если слова братьев окажутся не убедительными, то они убьёт обоих, обвинив их в шпионаже. Возможно ему дадут за это повышение.
Гриша рассказал историю вкратце. Саша обрадовался, что мистического бога, его брат вырезал из рассказа. Тагир посчитал, что история сочинена наспех, но вспомнив лицо Андрея, решил что вряд ли братья стали бы выдумать такой бред ради него. В конце концов у них был шанс его убить. Он покивал головой на все это.
— Тагир, — вступил в разговор Саша — А где Андрей?
Тот посмотрел на него раздирающим взглядом, будто счищая с него шкуру. Потом губы его опустились, как и брови приняв печальный вид. Конечно рассказывать братьям он ничего не будет. Это война, коты умирают везде. Но если кто то из вас подумал, что грустное лицо было наигранно, то нет. Тагир искренне расстроился в это мгновение. Саша все понял без слов и хотя Грише выражение лица Тагира показалось странным он все таки промолчал.
— Андрей… — начал Тагир, но потом замолчал.
Саша почувствовал себя немного неуютно, ведь в памяти он не вспомнил ни разу, когда Андрей говорил с ним. Зато во всех воспоминаниях где был Андрей, был и Тагир. Тяжело ему наверное после этого.
Грише это надоело.
— Пойдём. Надо доехать до остального наступления. — сказал он возвращаясь в танкетку. — Тагир, ты же с нами?
Он кивнул и пошёл следом.
— У вас бинтов не будет? — спросил он залезая внутрь. — У меня кажется снова рана открылась.
Гриша удивлённо посмотрел на него и подал ему кусок бинта.
— Ты сильно ранен Тагир. — догадался наконец-то Гриша, когда Саша отъехал. — Вот почему от тебя смердит кровью. Ты уверен, что хочешь продолжить биться?
Тагир игриво улыбнулся. Кровь была не только его… Но битву он продолжить хотел. Он убьёт псин. За короля, за мать, за себя.
Софи
Тогда, в прекрасный майский день 7322 года, за долго до войны, Софи с матерью шли по большой деревушке, которая окружала величественное владения сэра Бадена. Вернее одно из множества богатых владений. Софи была в простом и аккуратном платице, с розовым платком на голове, в котором она ощущала себя на вершине красоты, хотя подобное уже вышло из современной моды. Ей было всего 12. Такая крохотная даже по меркам ровесников, она это компенсировало это своей гиперактивностью. Мать Софи несла корзину, заполненную травами и специями, которую ей поручил доставить шеф повар мистера Бадена. Софи он напоминал косматое пугало, которому место в поле, но он был крайне любезным псом.
Господин сэр Баден, один из богатейших собачьих вельмож и по совместительству один из высоко руководящих министров внутренних дел великой колониальной собачьей империи, одной из трёх сухопутных величайших держав. Или как мать Софи ей тогда объяснила "это очень важный дядя, а для Софи, возможно, наиважнейший." Во всяком случае других таких Софи видела лишь мельком, когда они дружно сидели в гостиной дворца и распивая вонючую коричневую жидкость обсуждали какие-то цифры, суть которых она до сих пор не понимала.