Разгоняя песок на всех порах бронированная машина преодолела последний бархан и остановилась на том месте, где Гилберт поджигал взрывчатку. Двери хлопнул и из машины аккуратно вышли две овчарки. Почти на цыпочках они сделали пару шагов, огляделись и не увидев ничего подозрительного, расслабились.
— Они ушли? — спросил одна из собак.
— Похоже на то. Ну и вонища тут. — ответил вторая.
— Даже если бы эти коты были живы все равно от них бы воняло не лучше, чем от тухлых яиц!
Они оба заржали во всю пасть. Один из них согнулся от смеха.
— Что верно, то верно. Ты только посмотри на эти омерзительные морды. Просто уродство. Эти трусы даже тела тут кинули! Они же обязаны их сжечь, это правило, традиция! — возмутился первый показывая на делающие ошметки.
— Они напали на нас во время перемирия, что уж, дикари. Ну мы тоже с ними церемониться не будем. Давай забросаем тела в огонь от машин и поедем, пока кто-то не появился.
— Эй ребят! — крикнул бульдог выглянув из фургона. — Все хорошо?
— Да, их нету тут Чак. — крикнула одна из овчарок. — Сейчас покидаем тела и поедем, потерпи пару минут без еды или съешь соседей, если так нужно!
— Да уж нет! — крикнул Чак и снова исчез в машине.
— Давай начнем с этого. — овчарка подняла за плечи тело, а вторая за колени, ведь одной ноги по колено у тела не было. Вместе они спокойно донесли её до огня и кинули туда.
Один из псов принюхался. Затем нахмурился и не поверив в запах начал что-то искать.
— Ты чего?
— Ты чувствуешь?
— Запах кошатины и бензина. — ответил второй. — Конечно чувствую, тут только безносый не почувствует.
— Нет, это сзади… — сказал он и зашёл за машину. Там догорали ветки деревьев. — Что за…
И Тагир проткнул его шпагой. С него слетели бабочки Джона показав его оскал.
Питерс выстрелил во вторую собаку, которая ещё не поняла ничего и она упала на землю около того места, где коты играли в карты. Гриша и Саша открыли задние двери машины. Там сидела дюжина собак, разного размера, которые тем не менее одинаково не понимающе посмотрели на связку гранат в руках Феди. Разом все затихли и Федя кинул связку внутрь, будто кидал букет на сцену гениальному актёру. Это казалось удивительно спокойно. Братья закрыли двери и через пару секунд за ними раздался громкий взрыв и вой. Двери чуть не выбило, сбив всех троих, потом отнесло назад и чуть отодвинуло снова. Из машины вылетел дымок.
— Вот по этому я не люблю консервы. — пошутил Федя. А сам подумал, что глаз за глаз.
— Что в это смешного… — пробурчал Саша.
Вальтер Дресслер стоял с биноклем около башни и наблюдал за клубками дыма от машин. Он был уверен, что взорвали именно две машины. В отличие от Льва или Славы, он верил во все происходящее и осознавал масштабность событий.
В городе уже была суета, все уже шли по своим позициям. С такой высоты они все казались не больше муравьёв. Машины ехали туда сюда, артиллерия поворачивалась до сих пор, а вот меха рыцари уже были заняты и готовы. Скоро огромные двери отворятся и оттуда пойдет месть и смерть котам.
Прошло уже как пол часа, как отъехал отряд для проверки. Они должны были уже ехать обратно если там все чисто. Но машины не было. Вальтер не видел и признаков битвы, все было тихо. Что-то странное случилось, но как? Никто не видел, чтобы к стене подошли и положили там взрывчатку, как и не было видно следов битвы. Групповое помешательство или общая лень? Этого не может быть. Абсурд. Отец учил его, что невидимых вещей кроме воздуха не бывает. Но его тут нет. Он бы не смог объяснить происходящее. В конце концов его дело печь, а не атаковать.
Вальтер убрал бинокль из под глаз и протёр их.
Даже без бинокля он видел цеппелин и поднимающиеся тучу песка вдалеке. Коты едут.
— Они едут! Повторяю Едут. — крикнул он в приёмник и лента бинокля дернулась на его шее вверх вниз. — Эти ублюдки едут получать свое. Они нарушили договор и мы нарушим.
Он облизнул губы.
Бронетранспортер
Когда Лев вышел из машины капитана Али-Кази то слабо верил в то количество техники и собак, что уже собирались около крепости. Казалось, что этому потоку не будет конца. Если бы они выстрелили прямо в них разом, то наверное смогли бы сделать дыру до центра планеты, куда бы посыпалось все их войско или весь мир.