Кровь. Куда же без неё. Он видел её на земле, на снегу, который лишь подчёркивал её ярко-алый цвет.
Смерть. Случайная, преднамеренная, в борьбе. Полиция и военные противостояли мятежникам как могли. Ликвидировали врагов и гибли сами. В некоторых местах были следы не просто перестрелки, а самой настоящей бойни.
Война. Хоть и гражданская, но это не отменяло её жестокости. Неважно, из-за чего восстали люди. Они были готовы идти до конца против всех, кто встанет на их пути, готовы отдать жизнь за свою правду.
На пути у Макса оказалась небольшая группа военных, занявшая позицию на возвышении. Они остановили его машину.
— Парень, тут небезопасно, ты куда собрался?
— Я... мне нужно добраться до безопасного места, до дома, — выдавил Макс.
— С безопасными местами сейчас туго.
— А дом-то твой где? — спросил другой военный.
— Рядом, — соврал Макс. — На Радищева.
— Ладно. Только не вздумай ехать в центр, там, говорят, кромешный ад.
Макс благодарно кивнул. И вдруг...
Звук выстрела, громкий, как раскат грома, режущий слух и закладывающий уши.
У одного из солдат резко откинулась голова, и он рухнул на спину. На лду зияло аккуратное кровавое отверстие. Он был мёртв.
Макс схватил ртом воздух, пытаясь осознать увиденное. Пространство прорезали ещё несколько выстрелов, но Макс был в ступоре, из которого его вывел первый военный, схватив за плечи и тряся как грушу.
— Прячься! Убегай! Эй! — кричал он в лицо Максу.
Но юноша его не слышал, в шоке глядя на окровавленное лицо убитого. Его глаза были открыты, но в них не было жизни — только пустота и какое-то недоумение, последняя невысказанная мысль.
И тут резкая пощёчина привела Макса в чувство.
— Ты что, оглох?! Уезжай, если жить хочешь!
Макс снова вдавил газ. Машина пробуксовала, но смогла зацепиться за асфальт и рвануть вперёд.
Щека горела огнём. И огнём же «провожали» его машину выстрелы. Он ехал ещё какое-то время — может, пять минут, а может, все тридцать. Макс не понимал. Внутри у него всё смешалось, и сколько на самом деле прошло времени, он не знал до сих пор.
За поворотом ему преградила путь довольно большая группа мятежников. Макс запаниковал — они заметили его и двинулись в его сторону. Думать приходилось молниеносно. Первая мысль, пришедшая в голову, казалась безумной, но времени на другую не было.
Макс начал разгонять машину в сторону толпы, приоткрыв дверь. Метров за сто до них он вдавил газ в пол, распахнул дверь и резко вывернул руль влево. В тот же момент выпрыгнул в противоположную сторону. Инерция потащила его вперёд. Благодаря куртке он не ободрался, но пару синяков заработал наверняка. Машина при резком повороте завалилась набок, перевернулась на крышу и понеслась в сторону толпы.
Не теряя ни секунды и пытаясь забыть о боли в отбитых боках, Макс почти на четвереньках бросился прочь от места аварии. Ему удалось добежать до ближайшего здания, пока его не начали искать. Но это означало, что нужно бежать дальше. Радовало одно: до работы Алисы оставалось всего несколько перекрёстков.
Снова весь во взмокшей одежде, потратив пятнадцать-двадцать минут, которые показались вечностью, он добежал до нужного торгового центра. К его радости, у входа стояли военные. Это оказалось одно из тех мест, куда люди прятались в этот страшный день. Они тогда ещё не знали, что именно происходит, и для них всё выглядело как вооружённое нападение. Запыхавшийся Макс подошёл к главному входу. Увидев его, военные насторожились. Он поднял обе руки вверх, показывая, что пришёл с миром.
— Я... я с миром. Мне... просто... нужно укрытие. Помогите, — сильная одышка не давала говорить спокойно.
Военные обыскали его карманы и впустили внутрь. Там было очень много людей. Кто-то сидел, кто-то ходил, многие нервничали, кусая ногти, раненых перевязывали. По ощущениям, тут было около тысячи человек.
Продираясь сквозь толпу, Макс побрёл на третий этаж, к месту работы Алисы. Его возлюбленной там не было. Тем не менее, он прошёл через чёрный вход. Там он встретил девушку с бейджиком «Кристина». Макс помнил её — Алиса хорошо с ней общалась. Он сразу же подошёл к ней и, тряся за плечи, спросил:
— Кристина, где Алиса?!
— Алиса? Чего? Что? — от неожиданности она потеряла дар речи.
— Да, Алиса! Где она? — стараясь быть спокойнее, повторил Макс.
— Её тут нет.
— Это я вижу. Не знаешь, где она может быть? В какой части города?