Идя домой, Макс мысленно благодарил Диму за его решение и благодарил судьбу, что подарила ему такого друга. Настоящих друзей у него было не много. Большинство приятелей были просто хорошими знакомыми, появившимися благодаря школе, колледжу. С кем-то он общался ближе, с кем-то — так, мимоходом. Но Макс никогда не гнался за количеством, его больше привлекало одиночество, и ему вполне хватало тех немногих, кто был ему по-настоящему дорог. Но в них он был уверен, и этого было достаточно.
Этим вечером он чувствовал себя в хорошем настроении, его даже начало клонить в сон (возможно, сегодня он наконец выспится). Но оставалось ещё одно дело — записка. Зайдя в дом, его настроение поутихло: в его комнате стояла мать и держала в руках тот самый листок с незаконченным текстом прощания. Или оправдания.
Мама увидела его, протянула листок и спросила:
— Это что такое?
Макс молчал. Он не знал, что ответить. Он не хотел говорить на эту тему вслух, поэтому и хотел оставить этот монолог на бумаге — там, где его «выслушают» и не станут перебивать. Но теперь отвечать ему придётся. Макс корил себя за то, что не спрятал листок или не взял его с собой, хотя ни мать, ни кто-либо другой никогда не рылись в его вещах.
— Зачем ты полезла в мои вещи? — вот всё, что смог выдать Макс.
— Зачем полезла? Разве это сейчас важно? Или думал, оставишь записочку и тихо сбежишь? — в голосе матери послышались гневные нотки.
— Ма...
— Ты хоть головой думаешь? Это по-твоему шутки? Игрушки?
— Мам, не начинай.
— Молчи! И не смей указывать, что мне делать! Куда ты собрался? А если тебя ранят? А если, не дай Бог, убьют?! Что тогда?
— Мама, всё будет хорошо...
— И с чего такая уверенность? Думаешь, ты особенный? Бессмертный? А если что-то случится, как я это переживу? Как мы все?
Макс не выдержал.
— А если что-то случится с вами? Если сюда придут? Это же звери, они не будут разбираться, кто хороший, а кто плохой. Они уничтожат всё на своём пути. Я не хочу этого! Я хочу защитить вас. И если есть такая угроза, я хочу уничтожить её в зародыше. Я хочу пойти добровольцем. Не солдатом, а именно добровольцем. Я в любой момент могу вернуться домой. Я всё узнал. Это будет просто патрулирование. Но так я смогу хоть что-то сделать, чтобы помочь и другим, кто может оказаться в опасности.
«Что, если всё изначально пойдёт не по плану?» Слова Димы эхом отозвались в голове Макса.
На громкий разговор пришёл отец. Ему показали письмо. Он хотел было высказать всё своё недовольство, но Макс постарался объяснить ему то же самое, что говорил матери.
— Хорошо, — ответил отец. — Я услышал тебя и...
Он надолго замолчал.
«Я всё равно пойду и сделаю по-своему», — подумал Макс, но не стал говорить этого вслух.
— Я не против, — наконец сказал отец. — Но! Не глупи. Цели у тебя благородные, но голова всегда должна быть на плечах. Поэтому пообещай, что не наделаешь глупостей и не будешь лишний раз волновать мать.
Мама возмутилась и начала говорить, что против всего этого, но отец лишь произнёс:
— Он уже достаточно взрослый, чтобы самому принимать решения. Поэтому отпусти его и поверь в него.
В этот момент Макс был безумно благодарен отцу. Благодарен за эти слова, за поддержку, за понимание.
Хоть его главной целью была Алиса, но он и правда хотел помочь в поимке мародёров, поэтому его совесть была чиста, и он не чувствовал, что обманывает всех. Нет, Макс сказал правду, просто умолчал о тех вещах, которые могли вызвать лишние вопросы и поставить под угрозу одобрение его затеи.
Спустя время, обсудив все детали, касающиеся добровольческих отрядов, и успокоив мать, они разошлись по комнатам. Макс взял листок с недописанным посланием и разорвал его на мелкие клочки. А затем лёг спать.
Ночь пролетела быстро, и Макс проснулся отдохнувшим и бодрым. Он на автомате выполнил все утренние ритуалы: встал, умылся, выпил чаю, переоделся, вышел на улицу. И, конечно, снова попытался позвонить Алисе. Снова безуспешно.
Пока Макс шёл по улице, предвкушая момент, когда он отправится в путь, погода, казалось, благоволила ему. День был солнечным, хоть и прохладным, поэтому юноша натянул на голову капюшон. Через несколько минут он был у дома Димы. Друг не спал, и по его виду было заметно, что он ждёт этого момента. Или волнуется. А возможно, и то, и другое. Даже если он и не горел желанием отправляться в неизвестность, он уже внутренне решил, что поможет Максу, сдержит данное слово. Дима поприветствовал друга и пригласил на кухню. Позавтракав в полном молчании, что слегка напрягло Макса, Дима предложил выйти.