— Может и так, но я все же орк. Может и не могу защитить все тело сразу, а вот послать импульсы к ступням ног вполне способен.
— И...?
Утес пожал плечами.
— Пару капканов выдержать смогут, а больше я думаю и не нужно будет, зато обувь сухая.
— У меня тоже пара родовых способностей имеется. Обойду.
Ракета скептически нахмурился. Было видно, Лебедеву мочить берцы не хотелось, как, впрочем, и мне, но лезть на непроверенное дно голыми ногами он не решался.
— Стас, может проверишь, как там и что?
Я раскинул шупы, пытаясь дотянуться до дна и нащупать ловушки. Мои энергетические нити вошли в воду только на несколько сантиметров и растворились, исчезая в пространстве. Над водой, в месте их недавнего нахождения образовалось небольшое облачко пара, которое, впрочем, почти сразу развеял ветер.
— Какого? — не понял я и попробовал еще раз.
Результата ноль.
— Ловкач?
— Погоди, — отмахнулся от Ракеты, меняя вектор энергии и пуская вместо темных нитей, с которыми в последнее время привык работать — свет.
— Сука! Да что же такое?
Походу, мои энергетические каналы могли работать только на поверхности. Скорее всего, мне не хватало знаний и умений использовать их внутри той или иной стихии. Не пропускала вода мои щупы сквозь себя, не давала рассмотреть то, что находилось на дне рва.
Если бы была возможность потренироваться, поэкспериментировать, прокачать энергию, попробовать усилить тем или иным щитом, запустить процесс слияния, подключить к щупам все органы чувств, но...
Ракета скептически глянул на мою недовольную физиономию.
— Ясно. Придется передвигаться по старинке.
— Как это?
— Методом тыка. Надеюсь, мне не оторвет ноги.
— А ты сам разве не можешь хоть что-то предпринять? Вроде не простой человек. Колдун все же.
— Имеется на такой случай заклинание обнаружения, вот только для его активации требуется как минимум полчаса. Сам понимаешь, такого времени у нас нет, — ответил Марк, не снимая обуви усаживаясь на край обрыва и скатываясь вниз. Послышался плеск.
— Ну, как водичка?
— Нормально.
Глубина была не особо большой, примерно по грудь, но приятного все равно мало.
С другой стороны, мы напрочь вымокли под дождем, купание не сильно изменило бы нашу ситуацию.
— Эх, была не была, — буркнул себе под нос и проехав на заднице по крутому склону, плюхнулся в воду, поднимая кучу грязных брызг.
Сейчас впереди всех двигался мощный орк, за ним вампир, следом Ракета и я.
Поморщился от отвратительного запаха. Гадость. Словно в клоаке искупался. Хотя, почему словно? Наверняка сюда сливали канализационные отходы из Изморози.
Видел, как вампир поднял голову кверху, пытаясь ухватить побольше свежего, не загаженного миазмами воздуха и хмыкнул. Нам троим еще ничего, а вот Щуплому не позавидуешь. У вампиров природный нюх развит намного сильнее, даже представить не могу, как он сейчас терпит подобную вонь.
— Аа-а-а! — послышалось впереди, и я вскинул голову.
Орк забавно подпрыгивал в воде и злобно материл Топорина и заодно всех сотрудников Изморози, видимо все же наступил на одну из подготовленных ими ловушек, но при этом не сбавляя темпа двигался к противоположному берегу.
Осторожно переставляя ноги, я делал шаги. Сначала легонько прощупывал дно на предмет металлических или любых других острых предметов и только потом вставал всей ступней. Один раз чуть не попался. Уж не знаю, что за конструкция находилась на дне рва, но я четко ощутил, как моя левая берца попала в захват, хорошо, что лишь краем. Наверняка оказалась разорванной в нескольких местах, но самое главное, то, что распороло мою обувь, не добралось до кожи.
В голову почему-то некстати пришла мысль о пираньях. А что? С Топорина и его товарищей станется.
Бред, конечно, но я почувствовал, как вздыбилась шерсть на загривке.
— Парни, давайте уже скорее выбираться из этой клоаки. — поторопил друзей.
Как выяснилось, мою берцу действительно сильно потрепало, но она все еще находилась на ноге, что не могло не радовать.
Утес вылез со здоровенным железным капканом висящим на его правой конечности. Самое интересное, что держалась эта железяка на Михаиле с трудом, того и гляди сама отвалится. Обычному человеку наверняка раздробило бы кость, но усиленная кожа, словно камень, не давала металлическим зубьям впиться глубже, лишь позволяя самую малость зацепиться и покрошить верхний слой.
Утес стряхнул с ноги капкан и с облегчением уселся на землю. Способность закончила свое действие, и я сразу заметил, что до этого из бескровных царапин, нанесенных зубьями, начала сочиться ярко-алая кровь. Если поначалу они казались неглубокими, то теперь было заметно, что капкан нанес моему другу значительный урон.