Ты сам решил свою судьбу Марк Лебедев. Скоро я предъявлю счет.
Мои силы работали на полную, восстанавливая поврежденное плечо. Кровь уже давно остановилась, но болевой синдром не снимался. Видимо, я все же где-то сработал не так. Не целитель, что поделаешь, да и полностью излечиться тоже не получится. Максимум через пару часов рана опять откроется и придется начинать по новой. Ребра, опять же, хоть и зафиксировались, но не срослись. Я не волшебник, просто колдун с ограниченными способностями. Здесь нужна квалифицированная медицинская помощь или же кто-то вроде Ники. Уверен, она враз поставила бы меня на ноги.
Мысли опять вернулись к Марку. Странно. Я мог поклясться, что заметил удивление на лице Вестникова, когда Макс увидел Ракету сегодня утром, и понял, что тот примет участие в забеге.
Когда они успели снюхаться?
Подумал и понял, что скорее всего, Лебедев имел дело не с Вестниковым, а с Топориным, и именно тогда, когда ходил договариваться со своим прикормышем о нашем коллективном участии в забеге.
Интересно, что попросил взамен и что пообещал за свою свободу?
Сдается мне, Марк вел свою, только одному ему ведомую игру, да и начальник Изморози, похоже, тоже проворачивал кое-какие делишки на стороне.
Что у нас получается?
Антипов с Митиным и сотрудниками ДМБ, Вестников с его неизвестным покровителем, Топорин, который непонятно с кем и за кого, ну и до кучи — Лебедев. Этот вообще темная лошадка.
А между ними всеми — старый, добрый я.
Нет, теперь не добрый, а злой и беспощадный.
Пока мне на руку, что меня будут считать погибшим, но вот воскреснуть рано или поздно придется. Не хотелось бы, чтобы Марк растрепал всем о том, что я Видящий.
Проведенный ритуал, конечно, сдержит его от не вовремя открытого рта, но как и все в этом мире, клятву можно обойти окольными путями.
Неизвестно, останется она действовать после смерти ее держателя? Вряд ли, скорее всего запрет исчезнет.
Вообще, это палка о двух концах.
Если я сейчас перекрою связующую нить между мной и Ракетой, то клятва разрушится, и ничто не помешает Лебедеву раструбить всем остальным, кто я есть на самом деле. Точнее, кем был при жизни.
А вот если клятва продолжит действовать, то Марк вскоре поймет, что я, скорее жив, чем мертв.
Дилемма, чтоб ее!
Ладно. Когда-нибудь, все равно придется открыться, так что... Лучше я сейчас выиграю себе время и побуду в тени. Пусть считают погибшим.
Сосредоточился и вычленил одну-единственную оставшуюся в наличии нить, сформированную при проведенном ритуале и фиксирующую клятву верности, мысленно пережал, разрывая напополам.
— Тоже мне, верность, — Фыркнул себе под нос, — надо мне было лучше условия формулировать, а то нацепил маячок паршивец и доволен. Напрямую не предал, информацию важную не раскрыл, убить не пытался, а что до сигналки, так ее предназначение можно рассмотреть по-разному, она не прямой источник воздействия, а косвенный.
Что-то я засиделся в этой яме. Пора вылезать.
Поднялся на ноги, поглядел на земляные стены.
— У-у-у. А цепляться-то за что?
Редкие корни, торчащие из земляных стен, не внушали доверия. Понимал, что запросто могу сорваться и не один раз. Значит, сначала нужно вытащить клинья. Снова проткнутым насквозь оказаться не хотелось. Один раз повезло, второй — вряд ли окажется настолько удачным.
— Эх, надеюсь вас не так глубоко в землю засадили.
Ухватился на первый стержень и потянул вверх. Плечо моментально прострелило болью, и я чуть не взвыл, но стиснул зубы и усилил давление.
Уж лучше сейчас потерплю, чем потом окажусь как кабанчик на вертеле.
Попотеть пришлось знатно. Не будь я ранен, справился бы намного быстрее и легче, а так, потратил почти полчаса. Сложил вытащенные колья сбоку, чтобы в случае падения не грохнуться на них спиной.
— Знать бы, где соломки достать — подстелил, — покачал сокрушенно головой.
Светлеющее небо заставило нахмуриться. Вытер пот со лба и подумал, что пора ускориться. Еще не факт, что удастся с первого раза сдвинуть решетку.
Я не испытывал иллюзий. Выбраться легко и просто не получится. Полетать придется не раз и не два. Главное, постараться избежать серьезных травм, мне и так сегодня досталось. Не уверен, что тело выдержит длительные нагрузки. Терять сознание даже на короткое время было не желательно.
Живот издал громкое урчание, и я облизал пересохшие губы. Если с голодом можно будет справиться какое-то время, то вот с жаждой...