Конечно. У них было больше десяти лет, чтобы освоить стенографию.
— Выдвигаемся, — приказывает командир.
Все это дерьмо происходит слишком быстро и слишком легко. Я жду, когда кто-нибудь что-нибудь скажет.
Чтобы мой отец дал отпор.
Чтобы моя мать повернулась ко мне.
Чтобы Киан хотя бы выглядел возмущенным, черт возьми.
Но ничего из этого не происходит. Вся эта чертова история настолько невыносимо продумана, что мне кажется, будто я забрел на съемочную площадку фильма, где все, кроме меня, знают, что, черт возьми, происходит.
— Ты, блядь, не можешь этого сделать! — Кричу я в черную пустоту.
Потому что, по-видимому, я здесь единственный, кто все еще может использовать голос.
— Остановись.
Моя голова поворачивается в сторону отца. Он смотрит на меня так, словно я незнакомец. Незнакомец, который решил переступить порог своего дома в самый неподходящий момент.
— Держи рот на замке, — добавляет он без тени эмоций.
Затем он позволяет вывести себя из комнаты, двое мужчин по бокам держат его за локти, а третий тычет дробовиком ему в поясницу.
Ма уходит вслед за ним, оставляя позади только нас с Кианом и двух солдат, держащихся поодаль от остальных.
Они оба в масках, но в их воздухе витает угроза, которую трудно не заметить.
— Итак… кто из вас Киллиан О'Салливан? — спрашивает тот, что пониже ростом.
Я собираюсь сказать ему, кто я, черт возьми, такой, когда Киан заговаривает первым.
— Я, — рычит он с такой уверенностью, что я могу только стоять и таращиться на него.
Какого хрена ты творишь? Выдыхаю я одними губами..
Киан игнорирует это.
И ни один из придурков в масках не замечает моего очевидного шока.
Они оба обратили свое внимание на Киана.
Заговоривший парень выходит вперед. Он пристально смотрит на Киана, а затем его дубинка взмахивает в движении настолько решительном, что у меня даже нет времени зарычать.
Хруст кости ни с чем не спутаешь.
Киан ревет в агонии и с глухим стуком рушится на пол. Мне даже не нужно смотреть, чтобы понять, что повреждения серьезные.
Это чертовски плохо.
— Go hlfreann leat17! — Гремлю я, мой голос срывается от ярости. — Ты, мать твою...
— Броуди Мурта передает тебе привет, — этот засранец хихикает над распростертым телом Киана.
Затем они с важным видом выходят из столовой, чертовски довольные собой.
Я собираюсь схватить одного засранца за шиворот и выбить из него жизнь.
Но тут Киан издает звук с пола.
— Брат! — Я рычу, оставляя нападающих на произвол судьбы, и бегу к нему. — Какого хрена ты это сделал?
Он обливается потом и скрипит зубами от боли. Я бросаю крошечный взгляд на его ногу и вижу ужасное кровавое месиво. Осколок кости указывает в том направлении, в котором он совсем не должен быть.
— Я только что спас твою задницу, а ты на меня орешь? — он шипит.
— Я бы справился с этим, гребаный идиот. Они хотели сломать мне ногу, а не тебе.
— Справился, черт возьми, — усмехается Киан сквозь сжатые челюсти. — Знаешь, я думал, он собирается убить тебя.
— И это должно обнадеживать?! — недоверчиво спрашиваю я. — Ты наследник, Киан. Ты — лидер.
Он качает головой.
— Что?
— Больше нет. — Мрачно говорит Киан. — Па ушел, и я в ближайшее время не смогу ходить. Я ни хрена не веду. Есть только ты.
У меня нет времени как следует обдумать это, прежде чем в двери вваливается еще больше мужчин.
Но на этот раз это наши люди. Люди О'Салливана.
Куинн бросается ко мне и Киану. — Мастер Киан! — говорит он в тревоге.
Выражение его лица мало что выдает, но я вижу беспокойство в его глазах. Он опускается на колени рядом с Кианом, пока люди О'Салливана прочесывают территорию.
— Как, черт возьми, им удалось проникнуть внутрь? — Я требую.
— У них были ордера, — отвечает один из охранников. — Они задержали нас у входа, когда пришли за тобой. Кстати, кто ты, черт возьми, такой?
— Следи за своим языком, — шипит Куинн, резко поворачивая голову в сторону говоривших парней. — Ты разговариваешь с мастером Киллианом О'Салливаном.
Выражение лица мужчины искажается бледным ужасом, когда он смотрит на меня. — Я... мастер Киллиан…
— Забудь об этом, — говорю я, возвращая свое внимание к Киану. — Нам нужен врач. Прямо сейчас, черт возьми.
— Положите его на стол, — приказывает Куинн мужчинам. — И, ради Бога, делай это осторожно!
Я отступаю в сторону и позволяю Куинн взять ситуацию в свои руки. Голова у меня кружится от новой информации.
Ситуация с Кинаханами не только хуже, чем я думал...
Но Броуди, блядь, Мурта жив?
Я опускаюсь на стул у стены и пытаюсь отдышаться.
Дом оказался совсем не таким, каким я его ожидал увидеть.
Когда клановый доктор входит в дверь, я испытываю почти облегчение, узнав его в лицо. Спокойный, надежный и немного измученный, доктор Дойл направляется прямо к Киану, когда замечает меня.
По мере обдумывания он делает двойной вывод. — Киллиан?
— Во плоти, — бормочу я.
— Будь я проклят.
— Мы можем заняться этим дерьмом после того, как с моей ногой разберутся? — Кричит Киан из-за стола.
Дойл начинает действовать и подходит к столу. Ему не требуется много времени, чтобы вынести свой вердикт.
— Нога сломана, — подтверждает он. — Но не волнуйся, я могу это исправить. Тебе потребуется пара месяцев, чтобы прийти в себя.
— Месяцы? — Киан рычит.
— Это тяжелый перелом. Я не волшебник, сынок.
Я обхожу стол, рассматривая хаос, окружающий моего брата. Его лицо покрыто толстым слоем пота, а руки время от времени дрожат.
Но он сильный. Он может справиться с болью.
— Киллиан?
Я поворачиваюсь к мужчине, стоящему рядом со мной. Он высокий, почти с меня ростом. Его темные глаза блестят, черты лица изменились, но они все еще кажутся знакомыми.
— Господи, это ты, Рори?
Он улыбается. — Да, приятель. Прошло много времени.
Я притягиваю его к себе, и он сильно хлопает меня по спине. Вид его пробуждает несколько старых воспоминаний.
Воспоминания о том времени, когда я был готов вступить в клан в официальном качестве.
До Сирши. До Броуди. До ухода Шона.
Назад, когда я собирался стать не Доном, а, скорее, братом Дона.
И во многих отношениях это было лучше.