Глава 4
Погруженный в собственные размышления я и не заметил, как быстро я добрался до гостиницы, где вчера оставил Якоба.
К своему облегчению узнал, что постоялец из номера «восемнадцать» не съехал и никуда сегодня не выходил. Значит, Якоб еще восстанавливался. Мне без проблем выдали вторые ключи, так как номер оплачивал вчера я. И пусть я и представился вымышленным именем, здесь это мало кого интересовало.
Получив ключи, я поспешил на второй этаж. Весь путь меня не покидали тревожные мыли, что когда я открою комнату, могу не найти там Якоба, или что еще хуже — он будет мертв. Если другие вурды не задумываясь последовали на тот свет за своей королевой, могло случиться, что Якоб, узнав о произошедшем тоже уже мертв.
Замочный артефакт долго не поддавался — я его вертел и так, и сяк, но его словно заклинило, хотя с бытовыми артефактами такое практически не случается. Я был так взвинчен и настолько увлечен замком, что до меня не сразу дошло — дверь заперта изнутри.
Я постучал, и опасаясь, что мог напугать этим Якоба, добавил:
— Это я, Ярослав.
Дверь, стоило мне подать голос, резко открылась. Якоб вероятно уже давно стоял за ней и слушал, как я мучаюсь с ключом.
— Здравствуйте, княжич, — раздался холодный вежливый, но ослабевший голос вурда из темноты приоткрывшейся двери.
В комнате и впрямь было так темно, что хоть глаз выколи — ничего бы не изменилось.
Без особых расшаркиваний я влетел в комнату — тяжелые шторы плотно занавешены, все ойра-лампы погашены. Мне в такой обстановке было неуютно, а вот вурду наверняка весьма комфортно.
— Мне кажется, или вы чем-то взволнованны, княжич? — невозмутимым тоном поинтересовался Якоб.
— Тебе нужно срочно покинуть Славию, — без лишних обиняков заявил я.
Секундное замешательство, я не видел лица вурда и это раздражало.
— Зачем? — спросил он.
— У Инесс нашли чернокнижника, ее обвинили в измене.
На этот раз пауза была еще дольше, я не выдержал и снова к нему обратился:
— Тебе нужно уезжать из империи как можно скорее, понимаешь?
— Графиня мертва? — голос Якоба был печален.
— Да, и остальные тоже, — я не стал лгать.
Послышались шаркающие, точно старческие шаги, скрипнула кровать. Я не выдержал, и приоткрыв дверь, взял немного света из коридора и зажёг светоносный шар.
Якоб неподвижно сидел на кровати, голова повисла, плечи опущены, лицо спрятано в ладонях.
— Мне не сбежать, — произнес он. — Я должен поступить так же, как и моя госпожа.
Он отнял руки от лица, коснулся верхней пуговицы на рубашке, она отличалась от всех своим слишком крупным размером. Без промедлений, я подлетел к Якобу, ударил его по руке и оторвал эту чёртову пуговицу.
— Даже не думай, я тебе не позволю этого сделать, — оторванную пуговицу я зашвырнул куда подальше и присел рядом с Якобом.
Вурд не сопротивлялся, не возмущался, он был полностью раздавлен. Когда умерла Инесс, я потерял друга. Но он потерял куда больше — Якоб потерял семью.
— Мы не можем долго оставаться в гостинице, — сказал я. — Тебе нужно переодеться и замаскироваться под человека. После я отвезу тебя в надежное место и уже там я кое с кем договорюсь, кто поможет тебе уехать.
— Я ценю вашу помощь, княжич, но это лишнее, — издал он вздох полный горестной скорби и добавил: — Теперь моя жизнь не имеет смысла.
Такое упадническое настроение мне решительно не нравились, зная, насколько эмоциональны вурды, нужно было срочно что-то с эти делать.
Я рывком поднял вурда с кровати, встряхнул за плечи, и глядя прямо в глаза, сказал:
— Не смей даже думать об этом. Понял? Ты уедешь из Славии и будешь жить. Начнешь новую жизнь с чистого листа. Ты это можешь сделать, остальным твоим собратьям не дали такого шанса, но я уверен, они бы хотели, чтоб ты жил, Инесс этого бы хотела.
Якоб кивнул, но было не понятно, согласился он с моими словами или был настолько погружен в собственное горе, что кивал своим мыслям, а не мне. Его взгляд вдруг стал жестким, он уставил на меня свои пронзительные холодные глаза и спросил:
— Вы сказали, что ее обвинили в измене.
— Инесс оболгали, ее выставили метрополийской шпионкой из-за этого чертового чернокнижника. Император поступил скверно, выставил ее как предательницу родины.
— Значит, я должен отомстить, — жестко ответил он. — Именно этого бы хотела госпожа, она ненавидела императора, и теперь ясно, что делала она это неспроста.
— Не стоит делать глупостей, Якоб. За императором — вся империя, у него армия и Тайная канцелярия, а у тебя ничего нет. Лучше просто уезжай.