— Я и уеду, — решительно заявил Якоб. — И я знаю, где мне помогут отомстить за госпожу.
Не нравился мне его тон, не нравилось направление мыслей, а Якоб продолжал распаляться.
— Вурды всегда поддерживали друг друга, и я знаю, где меня примут. Не только в Славии есть кланы вурд. И раз вы готовы помочь, княжич, помогите. Я должен уехать в Метрополию.
— Собираешься примкнуть к нашим врагам?
— Враги императора, теперь мои друзья, — довольно жестко и зло ответил Якоб, а потом вперил в меня холодный, но при этом требовательный взгляд. — Вы обещали, что выполните все, чего бы я не попросил. Так вот — помогите мне уехать в Метрополию.
Я не мог ему отказать, пусть мне и не нравилось то, что он задумал, но я его понимал. Если бы Михаил Алексеевич убил мою семью, пусть даже заслуженно, потому что они нарушили закон, я поступил бы также. Род и семья всегда прежде всего.
— Хорошо, — согласился я после небольшой паузы. — Поступим так, как ты хочешь.
Полчаса у меня ушло на то, чтобы сбегать в ближайший магазин и купить Якобу одежду. Так как вурд был довольно высокий и тощий, одежду пришлось подбирать дольше, чем я рассчитывал и то до конца я не был уверен, что угадал с размером.
Я собирался везти вурда в спальный сектор, поэтому и сам переоделся. Ведь самый надежный способ добраться до места, не привлекая внимания, это конечно же слиться с толпой и передвигаться на общественном транспорте.
После я вернулся в гостинцу и мы переоделись.
— Нелепо и очень жарко, — с какой-то печалью в голосе, произнес вурд окинув свое отражение в зеркале безучастным взглядом.
С размерами я все же не угадал, пальто висело на Якобе, как на вешалке, а штаны напротив, оказались короткими настолько, что видны были не только носки, но и щиколотки. Но и все же что-то менять уже было поздно.
— Сейчас выйдем на улицу и станет полегче, — пообещал я, хотя прекрасно понимал, что не будет. Вурды не переносят жару и даже такое тонкое пальто будет доставлять ему немало неудобств.
— Что уж там, — вздохнул Якоб, натягивая на голову шерстяную шапку, — это не самое худшее, что со мной могло произойти. Худшее уже произошло.
Не обращая внимание на меланхоличное и практически отстраненное настроение вурда, я потянул его прочь из комнаты и гостиницы. Сейчас уже вечерело и это лучшее время, для того чтобы перемещаться по городу. Большинство горожан возвращались домой с работы, а значит и мы затеряемся в людском потоке.
Якоб был невероятно вял, послушно выполнял все, что я говорил и практически не разговаривал. Еще полчаса назад он был полностью раздавлен, скорбел и горел от ненависти к императору, а сейчас казалось, что все происходящее едва ли его интересует. Что происходило с вурдом, я приблизительно понимал. Заклинание отрешенности — наверняка он его использовал, пока я ходил за одеждой. Вурды не редко к нему прибегают, так как их в разы усиленные эмоции могут в буквальном смысле свести с ума. А сейчас он попросту ничего не чувствует.
С толпой работяг мы сели в вагон монорельса на ближайшей остановке. Якобу было откровенно плохо в душном вагоне. Он прикрыл глаза, и шумно дышал, к тому же вурд едва ли до конца оправился от зелья ослабления, поэтому ему вдвойне тяжелее было справляться с жарой. Чтобы хоть как-то облегчить его участь несколько раз, когда на остановках открывались двери вагона, я тянул воздух с улицы и охлаждал вурда слабым заклинанием заморозки. Каждый раз, как я это делал, Якоб едва заметно улыбался и кивал.
Всю дорогу я внимательно наблюдал за окружающими: не узнал ли нас кто-нибудь и зевак, и нет ли среди этих зевак агентов Тайной канцелярии? На Якоба, как бы мне этого не хотелось, все же обращали внимания. Но, к счастью, не по тому, что он вурд, а потому что болезненно-бледный парень, обливающийся потом, да еще в этой нелепой одежде в принципе не мог не привлекать внимания. Но ничего, что могло бы меня всерьез насторожить, не происходило.
До спального сектора мы доехали без проблем. Только мы вышли на улицу, как вурд стянул пальто, дыша тяжело и надсадно, словно больной лихорадкой. Я быстро утянул его в ближайший переулок, на нас заинтересованно глазели прохожие, а этого нельзя было допускать.
Пришлось еще пару раз обдать его заморозкой, чтобы хоть как-то привести в чувства. К счастью, свежий морозный воздух и чародейские манипуляции весьма быстро привели его в чувства, и мы продолжили наш путь. Я вел Якоба в бордель, где собирался на время оставить, а после встретиться с Царем.
Дверь сегодня открыла незнакомая полная девица с глупыми коровьими глазами, а не Марфа, которую я рассчитывал увидеть. Девица окинула нас придирчивым взглядом, явно оценивая, денежные мы клиенты или нет, и видимо конечные выводы оказались не в нашу пользу.