— Маловероятно, но и все же я не исключаю такой возможности. Может нам лучше вернуться?
Отец отрицательно закачал головой, продолжая безотрывно следить за берегом.
— Даже если ты прав, это ничего не меняет. Мы уже выдали себя тем, что знаем где тайник, и считай, уже показали где он. Другой такой возможности не будет. Уехать — значить, просто подарить им его. Да и — здесь ведь явно никого нет, Ярослав!
— Да, наверное, мне просто показалось, — сказал я, шаря взглядом по берегу. Здесь и впрямь никого не было видно, сияние морока мы бы сразу заметили, а вурды…
На берегу не было лодок, да и сам скалистый берег едва ли был предназначен для плавания, чуть дальше он опускался, переходя в каменистый, но даже там не было никакого намека на жизнь. Здесь все вообще казалось тихим и безлюдным.
— В таком случае давай просто заберем тайник и будем убираться отсюда, — решительно сказал отец. В ответ я, соглашаясь, кивнул.
Если вурды здесь и пришли за тем же, чем и мы, как бы мы ни поступили, так просто нас не отпустят. И уж лучше нам уйти в сапогах перемещения и с артефактами.
Глава 4/2
Луну застелили густые облака, все вокруг мгновенно погрузилось во тьму, разглядеть берег стало невозможно, и только огни нового города Дубарецка напоминали, что мы близко к земле.
Мы подплыли к утесу почти вплотную, выключили двигатель лодки и довольно долго светили ойра-фонарями, пытаясь отыскать хоть намек на вход в пещеру.
— Инесс говорила, что вход можно увидеть только во время отлива, — сказал я после нескольких минут тщетных попыток отыскать проход. — И еще сказала, что придётся намокнуть. Полагаю, она имела в виду, что вход можно найти только в воде.
— Графиня имеет любовь к загадкам? — задумчиво поинтересовался отец.
— Имеет, но я не уверен, что она бы решилась забавляться в такой ситуации. Хотя… — Я снова провел лучом света по краю камня, там, где утес соприкасался с водой. И снова ничего не увидел — ни выступа, ни щели.
— Давай, значит, в воду, — тяжело вздохнул отец и начал снимать плащ, попутно наставляя меня: — Тепло брать неоткуда, поэтому не получится греться чарами. Да и чары могут понадобиться в поисках входа, а так как у нас их немного, лучше их поберечь, — отец напряженно посмотрел в ту сторону, где находился берег, посветил фонарем на воду и мрачно добавил: — Да и мало ли где они нам еще пригодятся.
Я засунул ойра-фонарь за пазуху, надел шлем, активировав кислородный артефакт. Я справился быстрее, поэтому кивнул отцу, давая понять, что я готов нырять. И без раздумий прыгнул в холодное темное море.
Вода оказалась еще холоднее, чем я ожидал. Тело обожгло льдом, и когда первый шок прошел, а организм начал перестраиваться, заработал водолазный костюм. Материал, из которого он был пошит, от соприкосновения с водой немного раздулся, образовав между кожей и тканью воздушную подушку, и теперь я не так сильно терял тепло. Также от соприкосновения с водой на шлеме загорелись маленькие ойра-фонарики, освещая все в радиусе двух метров и обеспечивая меня минимальным обзором.
Я оглянулся — увидел, что отец тоже спрыгнул, подал ему знак рукой и поплыл к утесу, нисколько не сомневаясь, что он последует за мной.
Первым делом мы начали нырять и искать вход в пещеру у края утеса. Но здесь даже намека на проход не было. Весь низ утеса до самого дна словно нарочно был выложен из больших квадратных валунов, которые невозможно было ни продавить внутрь, ни выдвинуть. И каждый из них мог оказаться входом в пещеру.
Отец начал толкать внутрь каждый камень руками, но это не принесло никаких результатов. Я проделал то же самое с другими валунами, но после множества безрезультатных попыток бросил эту затею и снова подумал о словах Инесс про отлив.
Возможно, она имела в виду не сам отлив, как явление, а способ открытия входа? Может быть, внутри утеса есть механизм, который открывает проход с помощью потока воды.
Я решил пробовать, хотя отец и просил не использовать чары. Но видимо, по-другому нам внутрь не попасть.
Быстрым движением нарисовал руну воды, поверх нее начертил руну силы и мысленно произнёс заклинание движения. Руны во тьме вспыхнули голубым светом, привлекая внимание отца, он тут же бросил толкать камни и теперь его подсвеченный круглый шлем был вопрошающе обращен ко мне.
Я потянул на себя поток воды от ближайшего валуна. Если за ним имеется полость, поток сможет пройти беспрепятственно через щели. Отец понял, что я делаю, и принялся проделывать то же самое с другими валунами.
Я тянул поток от одного камня, второго, третьего, а на четвертом почувствовал, что здесь он куда сильнее. Но мне не хватило сил, чтобы усилить поток.