Чтобы выйти на улицу, лучшей идеей кажется вернуться по коридору и дойти до лифта. Он в середине коридора, сразу после ещё одной лестницы. Соня идёт по коридору, не глядя по сторонам, и старалась быть тише. Она подозревает, что во тьме каждой палаты на неё могут смотреть монстры, только и ждущие момента, чтобы напасть. Палата, внутри которой она видела пару жутких гуманоидов оставалась закрытой и тихой. Соня не стала заглядывать в окно на двери, быстро проскочила мимо.
На этаже есть несколько поворотов, Соня перед каждым останавливается и осторожно выглядывает за угол. Каждый раз обмирает от страха. В больнице так тихо, как никогда не было. Соня даже не знала, насколько привыкла к постоянному гулу, даже ночью, пока весь звук не исчез. Даже её обувь, кажется, стала тише. Соня идёт медленно, боясь, что из любой палаты что-нибудь выскочит. Она крутит головой, постоянно оборачиваясь, чтобы убедиться, что позади никого нет. Идёт по коридору мимо тёмных палат и рада, что двери закрыты.
Из-за вязкой тишины в коридоре особенно чётко слышно, как впереди кто-то разговаривает. Вначале Соня не может разобрать, о чём идёт речь, но голоса определённо женские. Соня замедляется. Назад бежать некуда, кроме того же офиса. Ей немного страшно, когда она подходит ближе к углу. Сердце испуганно колотится в груди. Соня почти останавливается, не дойдя до поворота. Оглядывается, проверяя, что в коридоре никого нет.
– Трусиха, мы же вместе! Подумаешь, никого не видно! – это первые слова, которые Соня может разобрать. Она как раз остановилась и замерла, кусая губы. Голос определённо юный.
– Ничего я не трусиха! – Соня выдыхает, слушая, как спорят несколько девушек, – Просто это странно, что в больнице так пусто!
Соня выглядывает из-за угла. Девочки-подростки тихо спорят в дверях одной из палат, в самом конце короткого коридора. Соня знает их. Не по именам, она ни с кем из них не работала, но видела в коридорах. Та, что боится, кажется, Крис. С ней спорит Ева. Соня не уверена в том, как зовут остальных. Чтобы не пугать детей, она даёт знать о своём присутствии:
– Эй.
Они вздрагивают, одна из девочек поворачивается к Крис:
– Видишь, всё в порядке!
Крис та, кого назвали трусихой, она смотрит на Соню, распахнув глаза, глубоко вздыхает, осознавая, что их поймали на поличном: ночью вне палаты.
– Мы вернёмся в палату, – говорит она и бросается к двери. Соня не успевает остановить её. После открытия двери ничего не происходит. Крис тянет одну из подружек за собой, та оглядывается на Соню:
– Извините! Мы просто в туалет вышли! – третья девочка соображает быстрее. Она мило улыбается, напоминая маленького крольчонка. Соня не успевает ответить что-либо, мигает свет, и она паникует, забывая дышать.
– Что это? – растерянно спрашивает Крис, её голова машинально поворачивается к ближайшей лампе. Соня тоже хотела бы знать.
– Свет мигает, – ворчит Ева, она только что назвала Крис трусливой и сейчас закатывает глаза, – ничего страшного! В этой больнице ещё динозавров лечили, да, Эми?
Она ещё договаривает последнее слово, когда несколько ламп взрываются, а остальной свет тухнет. Соня инстинктивно прижимается спиной к стене. Оглядывается, чтобы посмотреть на поворот, проверить появились ли монстры. Во мгле больничного коридора, едва освещённой слабыми фонарями через окно, ничего не видно. Девочки нервно спрашивают:
– Что происходит?
– Это просто перебой электричества… – звучит неуверенный голос, который до этого не звучал, – да?
В темноте слышатся щелчки. Соня задыхается от въедающегося в кости ужаса, вжимается в стену.
– Вот, – внезапно снова вспыхивает свет, – извините.
Соня повернула голову на голос. Одна из девочек, названная Эми, с виноватым лицом стоит у выключателя и неуклюже пожимает плечами:
– Я случайно.
На мгновение коридор погрузился в неловкую тишину.
– Правда, случайно, – повторяет девочка, немного стеснительно разводя руками, и отступает от стены.
– Что это? – сухим напряжённым от ужаса голосом спрашивает Крис и указывает на потолок. Соня вначале поворачивается к ней. К Крис прижимается четвёртая девочка, бледная до синевы.
– Это кровь? – тревожно предполагает Эми, когда поднимает голову. Соня не знает можно ли как-то объяснить, что по стенам течёт что-то красное. И она отказывается думать, что это кровь.