— Хмм, — спустя время все, что он смог выдавить из себя.
— Да, — кивнул я ему в ответ.
Продолжили молчать. Он уткнулся взглядом в одну точку где-то у подошв своих ног и очень усердно думал. Я ему не мешал.
— Простите меня за эту паузу, — на что я просто пожал плечами. — Я всякое был готов услышать, но не такое. Это… это… слишком даже для такого как я, что многое в своей жизни повидал. Однако… даже не однако… нет…в общем, я не знаю, что сказать. Все вопросы в голове кажутся такими глупыми. Кем вы были в прошлой жизни?
Мне снова все вокруг происходящее казалось не логичным и странным. Прожженный жизнью, выражусь мягче, не самый хороший человек, оказался в растерянности и сейчас мотал головой. От этой сцены мне стало неуютно. Как-то надо все брать в правильное русло.
— Если ты про происхождение, то заверю не благородным. Простолюдин, чтоб тебе было понятнее, — сказал я как можно увереннее, и выпрямившись.
Он, взирая, как я себя повел, видимо застыдился своей растерянности и тоже подсобрался.
— Что ж, тогда скажу, что вы очень хорошо адаптировались.
— Выбора не было. Вообще, — продолжил я, — у нас общественный строй в корне отличается от вашего: у нас нет ни благородных, ни простолюдинов. То есть, где-то еще частично существуют, но разницы между ними только в одеяниях, не более.
— Куда же они подевались?
— Их свергли.
— Свергли? Как людям это удалось?
— Да все просто. Толпа была недовольна; толпа собралась; толпа свергла неугодных господ.
— И те так просто уступили?
— Ну не совсем — было все же какое-то сопротивление.
— Все равно не понимаю, — помотал он головой.
Только в этот момент до меня дошло, в чем дело. Этот человек никогда не видел жизнь без магии, которая так вносит собой существенную разницу в дисбаланс сил.
— У нас нет магии, — наконец облегчил я ему думы.
— В каком счастливом мире вы жили, — ухмылка коснулась его губ. — Не будь этой магии у нас, как бы мы были свободны.
И снова мы помолчали, где я перед своим решающим вопросом дал ему насладиться собственными фантазиями. Наконец, переждав немного, я заговорил.
— Надеюсь, твое любопытство удовлетворено, и ты причислил себя в число узкого круга лиц. Но теперь твоя очередь дать мне ответы. Точнее один ответ.
— Странно на самом деле, что вы еще не догадались, учитывая мои намёки и подсказки. Я ведь говорил вам чаще молиться. А что делали вы? Все гонялись не понятно за кем. Идите в храм, и молитесь, — в этот момент он искусственно оборвался, давая мне все понять, и ведь я все понял. Да, это понимание пришло так внезапно, что в первую секунду я сначала, было, его отбросил, но как тут сопротивляться, когда намёк прямее самого прямого ответа. Хотя… все же сложно.
— Мне, пожалуй, пора, — кивнул я ему спокойно и уже развернулся, когда услышал:
— Прощайте, сир Деннар, мне было очень важно вас знать воочию.
— Прощай, Винктус, мне тоже! — понял я все по его интонации и вышел.
Ветер ночи немного отколол лишнее и остудил раскаленный мозг. Я постоял секунды лицом на этот самом ветру, пока не взял себя в руки. Пришлось взять себя в руки, иначе никак. Сейчас решения должны были быть молниеносными и нацеленными, поэтому чем-то приходилось жертвовать. «Прости, Винктус» — прошептал я себе и зашагал в сторону храма. Я понимал, что как только перешагну порог и заговорю в том ключе, в котором хотел, в ту же секунду приговорю его к неминуемой смерти. Первый, второй, третий — с каждым сделанным шагом я отгонял сомнения и находил твёрдость, постоянно повторяя себе, как мантру, что сейчас время необходимого, а не желаемого. Одновременно с этим ругал себя на том, как я не понял, да хоть учуял бы, всего этого раньше. Но тут же искал себе оправдание тем, что как можно подумать подобное на такого человека.
Иногда мой шаг переходил на бег, но тут же я себя осекал. В итоге получалось что-то между, будто преступник пытается скрыться, не привлекая внимания. На этом моменте даже умудрился ухмыльнуться.
Наконец я у места. Признать, поджилки ослабли. Но не от страха, а от… удовольствия? От того волнения, которое появляется от тяжелой цели, которую столько преследовал и вот-вот у порога достигнуть.
Не став долго с этим затягивать, я быстрым шагом взобрался по ступеням и перемахнул через дверь. А затем через центральный холл еще через одну дверь. Не постучался, просто открыл, благо была не заперта, несмотря на темень.