– Ханна, это потрясающе! – воскликнула Ирис, едва вкусив первую ложку горячего супа. Тёплый вкус обволакивал язык, насыщенные ароматы специй и свежих трав напоминали о доме, которого она не помнила.
– Если нужно будет добавки, только попроси, милая, – с мягкой улыбкой отозвалась Ханна, выпрямляясь и вытирая руки о передник. – Второе скоро принесу.
– Думаю, этого будет достаточно. У тебя очень сытная еда, – проговорила Ирис с благодарностью глядя на женщину. – Присаживайся, поедим вместе.
– Я уже пообедала, дорогая. Да и времени нет. Столько дел, как всегда.
Ханна на миг замерла. Её лицо на мгновение посмурнело, в уголках глаз скользнула тень воспоминаний.
– Давно ты здесь? – тихо спросила Ирис, наблюдая за её изменившимся выражением.
Старуха вздохнула, её руки машинально поправили платок на голове.
– Я… Скажем так, была в рабстве с пяти лет, – начала она, её голос был ровен, но внутри чувствовалось, как каждая фраза даётся ей с усилием. – Когда мне было семнадцать, нас, девочек, выкупил Эйдан, – она произнесла его имя с особым благоговением, будто это был не человек, а мифический герой. – Он дал нам свободу. Но я тогда даже не знала, что это значит. Мне казалось, я рождена служить, – её взгляд затуманился, словно она вновь оказалась в тех далеких временах. – Он предложил мне остаться, следить за домом, ухаживать за садом, готовить. И я согласилась. Потому что впервые мне дали выбор. Понимаешь? Выбор. Первый раз за всю мою жизнь. И вот уже сорок лет у меня есть дом… и человек, которому я буду благодарна до конца своих дней.
Дверь столовой тихо скрипнула, и в проёме появился Эйдан. Его появление было беззвучным, почти призрачным. На нём был чёрный камзол, украшенный тонкой серебряной вышивкой в виде рун вдоль воротника, подчеркивающий его аристократическую худобу и осанку. За спиной струился длинный чёрный плащ, который отбрасывал длинную тень на пол.
– Ты можешь считать себя полноправной хозяйкой этого поместья, Ханна, – произнёс он, подойдя ближе. В его голосе прозвучала не просто признательность, а глубокое уважение.
Старуха смущённо отвела взгляд, но её губы тронула гордая улыбка.
– Ханна сказала, что вы встретились, когда ей было семнадцать. – Ирис наклонилась вперёд, разглядывая его внимательно. – Сколько же тебе лет? Ты выглядишь… слишком молодо. Скрываешь свой возраст магией?
Эйдан чуть приподнял бровь, но не успел ответить. Ханна, стоявшая у буфета, произнесла негромко, но с явным почтением:
– Он и есть сама магия.
– Что? – Ирис нахмурилась, в недоумении глядя то на Ханну, то на Эйдана.
Старуха поняв, что выдала личную информацию, вздрогнула и опустила глаза.
– Ханна, иди на кухню, – сдержанно сказал Эйдан.
В помещении воцарилась тишина. Женщина кивнула и, скользнув взглядом по Ирис, поспешно вышла, закрыв за собой дверь.
– Ты ответишь мне на вопрос?
– Да. Мне больше лет, чем Ханне. Но я никак не поддерживаю свою молодость. За это, если можно так сказать, стоит благодарить моего отца, – Эйдан отодвинул от себя тарелку. Казалось, одно лишь упоминание об отце напрочь отбило у него аппетит – взгляд потемнел, а губы едва заметно сжались.
Поняв, что некромант не хочет вдаваться в подробности, Ирис решила сменить тему.
– Ты куда-то собрался? – она указала на его верхнюю одежду.
– Мы, – уточнил Эйдан, вытирая губы полотенцем и поднимаясь из-за стола. – Собирайся, поедем в ближайшую деревню.
Ирис поморщилась и бросила взгляд на окно, по которому скользили холодные струйки дождя.
– В такую непогоду?
– Сейчас осень, – спокойно ответил он, пожав плечами. – Придётся привыкать. Дожди станут частыми. Я подумал… стоит попробовать позволить твоей памяти восстановиться самой, без моего вмешательства. Что если люди, запахи, или что-нибудь другое поможет тебе в этом?
– Да, хорошая идея, – улыбнулась девушка.
– Тогда иди собирайся, кожаный плащ и сапоги должны быть в гардеробе. Я приготовлю лошадь.
– Одну? Я видела в стойле двух.
– А ты сможешь её оседлать? – ухмыльнулся некромант.
– Не попробуем не узнаем, – улыбнулась Ирис и направилась в свою комнату. – Готовь еще одну лошадь.
– Подожди. – Эйдан остановился у дверного проёма. – Совсем забыл отдать тебе одну вещь.
Он подошёл к Ирис, в его ладони покоился крошечный предмет – изящное серебряное кольцо с кроваво-красным рубином, инкрустированным в тонкую оправу в виде витиеватых завитков.