Кейден уже двинулся к своей комнате, но потом обернулся ко мне. Проходя мимо, Эмбри послала свирепый взгляд и вызывающе задрала подбородок. Друг мягко посмотрел на меня еще раз, извиняясь за гостью. И закрыл дверь. Мне плевать, чем он занимается. До тех пор пока предохраняется. Кто знает, где она обреталась несколько часов назад. Она скользила между нами, как жидкий кокаин, прожигая горло перед тем, как осесть во впадине живота. Эмбри словно наркотик, который я не смог одолеть. Эта мысль выводила из себя.
Тело задрожало, и мир покачнулся. Я не понимал, что происходит. И как это исправить. Чем бы оно ни было. Но понимал, что хочу… чего-то. Чего угодно. Я обнаружил новую зависимость. Хоуп Чарминг. Сама мысль о ней ставила меня на колени, делая готовым и жаждущим всего, что девушка дала бы мне. Что могла дать. Что хотела.
Игнорируя доносящиеся из соседней комнаты приглушенные стоны, я схватил кроссовки. Вставив наушники телефона в уши, вытянул руки над головой. Что-то хрустнуло, посылая острую боль по позвоночнику. Черт, приятно. Не так, конечно, как секс, но хоть что-то. Я займусь Эмбри позже, когда совсем отчаюсь. Кейден убедится в этом. Она как болезнь, и я не смогу излечиться пока не найду Хоуп.
Черт. Не так. Хоуп невозможно найти. По крайней мере, не в моем мире. Спускаясь по лестнице, я яростно топал ногами. Быстрые басы тяжелого металла словно прожигали душу. Грохот музыки совпадал с ударами моего сердца, будто они синхронизировались. Музыка все текла, проникая в каждую клеточку моего существа.
Споткнулся о собственные ноги, но прежде чем упал головой о тротуар, успел затормозить, пробормотав:
— Дерьмо.
Я подхватил вещи и сделал глубокий вдох. Одни мысли о Хоуп заставляют меня приземляться на задницу. Положив руки на саднящие бедра, я вытер вспотевшие ладони о штаны и встал в полный рост. Город затих поздним днем. Вдалеке прозвучал раскат грома, заставляя меня вздрогнуть.
В момент, когда пробежал блок и завернул за угол, знакомый запах словно ударил наотмашь. Сильный, всего лишь в дюйме от моего лица. Лихорадочно оглядываясь, я вертел головой. В поле зрения не попало ничего необычного. Но я не мог избавиться от чувства, что за мной наблюдают. Шею начало покалывать, волоски приподнялись. Ледяной пот окатил кожу, и только тогда я понял, что это за запах. Персики и сливки. Хоуп.
Глава 2
Кейден
Сидя на краю кровати, я закурил и уронил голову на руки. Позволяя едкому дыму наполнить легкие, держался за кончик сигареты, словно за спасательный трос. Будто нуждался в ее существовании, даже если это бы меня убило. Я проглотил усмешку.
— Эй, Кейден. — Тонкие руки обхватили меня за плечи. Мягкий рот оставил легкие поцелуи на шее. — Я готова продолжить, если хочешь.
— Этого не произойдет.
Я уже оттрахал Эмбри один раз. Вполне достаточно.
— Малыш, пожалуйста…
— Я сказал «нет», — прорычал, отталкивая ее от себя.
Она фыркнула, надула губы и поднялась с кровати.
— Зандер ведет себя как придурок. Он в этом хорош. Но ты, Кейден? Тебе это не идет.
Хлопнув дверью, Эмбри вышла из спальни. Я вздохнул, провел руками по коротким черным волосам и сделал еще затяжку раковой палочки. Из горла вырвался смешок. Раковая палочка. Кто вообще придумал это название?
Когда Зандер послал Эмбри, я понял: что-то случилось. Он всегда ей поддавался. Но сегодня все иначе. Что-то не так. С ним. Со мной. С жизнью. Боже, я начинаю загоняться.
Рухнув на кровать, сделал последнюю затяжку и дотронулся языком до кончика сигареты. Небольшое жжение послало дрожь по позвоночнику.
— Мама. Пап. Вы где? — выдавил я. Глаза пекло от клубящегося черного дыма. — Алек, — крикнул.
Бушующее пламя металось вокруг, превращая гостиную в ад. Кожа горела. Плоть вспучивалась. Волосы шипели. В нос врывались неприятные запахи, вызывая тошноту.
Я это сделал.
Это моя вина.
Во всем виноват я.
Я судорожно вздохнул, легкие стянуло от воспоминания, которое пытался забыть, но, несмотря на это казалось, будто все произошло вчера. Много лет назад я разжег огонь в камине. Одна маленькая искра — и мой дом и семья уничтожены. Из-за меня.
Глаза защипало от слез. Я сел и позволил взгляду скользнуть по стоящему в углу комнаты зеркалу в полный рост. Полные печали глаза. Выражение, от которого я не мог избавиться, пока не повстречал ее. Но ее оказалось недостаточно. Мне всегда будет мало.