Грудь сдавило, желудок беспокойно сжался от мелькнувшей в голове мысли.
Она снова обманет. Изменив единожды, навсегда останешься изменщиком. Она забеременела от другого.
«Блядь, — прорычал, хватаясь за голову. — Остановись. Пожалуйста, перестань. Она любит меня. Нуждается во мне».
Но доверяет ли она тебе?
Я не мог сейчас иметь дело с этим. Это вечер Кейдена и Би. Им нужно покончить с этим, прежде чем ему станет хуже. Незнание ранило больше всего.
Хоуп. Я любил ее. Больше, чем себя. Но достаточно ли этого? Могла ли любовь спасти нас? Дерьмо. Эти мысли и вопросы будут грызть меня, пока не удастся решить все с Хоуп. Я уже знал, что мой нрав победит, и я доведу ее. Моя душа наполнена злостью, все во мне кипит от ярости. Пребывая в ожидании.
Дверь открылась, прерывая мои размышления.
— Зи, — Кейден высунул голову, — мы готовы.
Я кивнул и последовал за ним в дом.
— С тобой все нормально? — Он похлопал меня по плечу и легонько сжал.
— Я в порядке, — солгал.
— Зандер.
Строгость в голосе заставила меня остановиться и повернуться к нему.
— Что бы ни случилось, знай, это к лучшему. В конце всегда ждет награда. — Он поцеловал меня в лоб. — Наберись терпения.
Я взглянул ему в лицо, позволяя себе на этот раз действительно увидеть его. Оливковый цвет кожи стал бледнее, чем раньше. Скулы заострились, он похудел. Розовые шрамы были заметнее, но глаза оставались темно-синими, как и всегда. Можно предположить, что после всего, через что ему пришлось пройти, в них появится грусть, но это не про Кейдена. Он твердо верил, что все происходит не просто так и для всего есть причина, тогда как я из тех, кто хочет сдаться.
— Нет у меня терпения, — услышал я свой голос. — Что, если нам с Хоуп не суждено быть вместе?
— Тогда так и задумано. Но посмотри, как далеко вы оба продвинулись. Даже если ничего не выйдет, вы помогли друг другу. Но, пожалуйста, не позволяй этому отбросить вас назад.
Я кивнул, отводя взгляд. Хоуп сказала, что я сильный, что контролирую зависимость, но, если честно, я вообще не контролировал ее. И вообще хоть что-то. Не собственную жизнь. И уж точно не себя. Я уступал пристрастиям не только потому, что они заставляли демонов замолчать, но и потому что помогали забыться.
— Давай сделаем это, — сказал я, отстраняясь.
Мы вошли в гостиную, где нас встретили девушки.
— Ты в порядке? — Хоуп провела рукой по моей груди, слегка касаясь пальцами твердого пресса.
Я сжал ее подбородок и нежно поцеловал.
— Нет.
Она кивнула и взяла меня за руку.
От знания, что мы поговорим позже, почувствовал облегчение. Что бы ни случилось, так суждено. Боже, я начинал говорить, как Кейден.
— Я люблю тебя. Надеюсь, ты это знаешь, — нежно сообщила она.
— Знаю. А этого достаточно?
— Я знаю, что обстоятельства необычные и церемония не совсем традиционная, но для меня большая честь стать частью происходящего, — сказал священник, стоя у камина. — Я так понимаю, у тебя нет колец, верно?
Кейден покачал головой.
— Нет. Мы ведь не планировали свадьбу. — Он поморщился.
Он из тех, кто любит четкий план, и я знал, что данная ситуация выбила его из колеи. Кейден поднялся на ноги, но когда Би подошла к нему и взяла его за руки, расслабился.
Впервые с тех пор, как представил нам Би, я увидел, что он действительно любит ее.
— Это совершенно нормально. — Священник достал из портфеля папку. — Я уже знаю ответ на этот вопрос, но подали ли вы заявку на получение лицензии на брак?
— Да. Я знаю кое-кого, кто работает в этой области, поэтому они потянули за ниточки, и мне тут же отправили бумаги по факсу.
— Отлично. — Священник хлопнул в ладоши. — Тогда давайте вас поженим.
Хоуп
Никогда не думала, что буду присутствовать на свадьбе Кейдена. Он говорил, что думал, к тому времени, как соберется жениться, его с нами уже не будет. Но он оказался не прав. Пока они с Би обменивались клятвами, Зандер крепко держал меня за руку. Я не знала, о чем он думал. Не знала, больно ли ему от всего этого. Из-за отчаяния все так быстро менялось. Кейден не стоило ничего говорить. Я понимала: он женился на Би, потому что не хотел умирать один. Душераздирающая ситуация. Жестокая жизнь. Она забрала у нас все, что сделало нас сильными, ожидая, что, в конце концов, с нами все будет в порядке, и мы останемся целыми и невредимыми.