Слабо улыбнувшись, он нежно поцеловал меня.
— Когда ты ушла, я чувствовал себя потерянным. Я — сволочь и не хотел признаваться в этом ни себе, ни кому-либо другому, но ощущалось так, словно часть меня осталась с тобой. И не знал, как с этим справиться. Но не стоило пытаться оттолкнуть тебя. Я… хотел бы отпустить тебя. Но больше всего мне хочется бороться за тебя.
— Ты был мальчишкой.
— Я понимал что хорошо, а что плохо. Я был подростком. И знал, что влюблен в тебя, но безумно злился и хотел, чтобы ты страдала.
— Ты сдерживаешь этот гнев последние десять лет, детка. — Прислонилась лбом к его груди, обхватив руками талию.
— Это не оправдание. Я люблю тебя. Этому следовало стать достаточной причиной, чтобы сражаться за тебя, но я толкнул тебя в объятия другого человека. И ты забеременела.
Я поморщилась, горло сдавило.
— Ты не доверяешь мне.
Мне не нравились эти слова, но мы оба знали, что это правда. Он любит меня. Я знала, что так и есть, но без доверия все тщетно. Мы — ничто.
Он ничего не ответил. В этом не было необходимости.
Отвернувшись, ступила под воду, желая, чтобы она смыла нашу боль. Слезы затуманили зрение. Я позволила им течь, и рыдание сорвалось с губ, когда Зандер обнял меня.
Я исчезла на десять лет и вернулась. Я не испытывала трудностей с отъездом в первый раз. Как бы ни оказалось больно, я должна была так поступить. Но на этот раз отъезд уничтожит меня. На этот раз я потеряю частичку себя, ведь так отчаянно пыталась вернуться. Если уеду, я лишусь части, которая принадлежит Зандеру. Своего сердца. Но на самом деле я принадлежу ему целиком, да?
Продолжая молчать, мы закончили мыть друг друга. Никаких слов. Никаких звуков. Зандер говорил со мной с помощью собственного тела. Он отвел меня в кровать, вытер и поцеловал. Медленно и нежно.
На прощание.
Мы занимались любовью, нуждаясь друг в друге, пытались найти ту связь, которая так хорошо соединяла нас. Мы находились на грани разрушения. Мое сердце страдало. Все внутри болело.
— Я люблю тебя, Хоуп Чарминг, — произнес Зандер, я ощущала его слова на своей коже, когда он привел нас в это место. На тот уровень, который заставил меня затаить дыхание и захотеть большего. Зандер проглотил мои крики, и наши слезы смешались в один поток.
Это был он.
Конец.
Для нас двоих.
Глава 26
Зандер
Следующим утром я проснулся в одиночестве. Аромат Хоуп коснулся моего носа, отпечатываясь в памяти. Простыни и подушка источали запах персиков и сливок, и на моем языке все еще оставался сладкий вкус ее возбуждения. Но я был один.
Я понимал, что так будет, и не особо удивился, но все же часть меня не верила в произошедшее. Она сдалась? Мы любим друг друга так сильно, что не можем быть вместе? В голове крутилась масса вопросов, но я не знал, как найти ответы. Я не понимал, как получить необходимую информацию. Как люди могут жить с дырой в груди? Эта боль вечна, и она навсегда останется, пока не станет слишком поздно. Пока полностью не поглотит, давая понять, что на самом деле вы никогда не контролировали ситуацию.
Поднявшись с кровати, сдержал стон. Мои мышцы напряглись, ноя от ночной зарядки. Я спал, обернувшись вокруг Хоуп, надеясь, что каким-то образом она будет здесь, когда проснусь. Но знал… по какой-то неизвестной причине осознавал, что все это не продлится долго.
Послышался тихий стук в дверь.
Надев черные спортивные штаны, открыл ее, приветствуя улыбающегося Кейдена. Он держал две чашки кофе, протянул мне одну, а затем отошел в сторону.
Я взял дымящуюся чашку и последовал за ним в холл. А затем ощутил разочарование, увидев Би за кухонным столом. В одиночестве.
Кейден молча поцеловал жену и встал рядом с ней.
Молчание раздражало, будучи даже громче, чем вопросы, которые, я знал, у них имелись, и на которые у меня не существовало ответов. Наши с Хоуп отношения были нездоровыми. И в конечном итоге, они бы уничтожили нас. Я понимал это, как и она. Так что не имело значения, что думают остальные.
— Как ваша первая ночь в качестве женатой пары?
Я прислонился к стойке, делая глоток столь необходимого кофеина.
Многозначительно посмотрев друг на друга, ребята подошли ко мне.
Подняв бровь, спросил, что происходит, когда оба обняли меня. А потом ответили, что здесь для меня и сделают все, чтобы помочь, и будут рядом.
Я удивился, когда не заплакал. Изумился, когда не оттолкнул их. Обнял в ответ, но больше не сделал ничего. Не отвечал на слова сочувствия. Не говорил, что Хоуп следовало остаться, что она не должна оставлять меня. Зачем? Ведь это не правда. Сначала я гнал ее, но она не слушала. Хоуп осталась и помогла мне преодолеть зависимость. Но вернется ли и поможет, когда Кейден уйдет? Не хотелось думать о неизбежном. Лучше бы знать заранее, дабы иметь возможность подготовиться.