- Один линкор против шести? - не мог не спросить Уэйвелл.
- Шести не будет. Из-за появления в Западном Средиземноморье нового оперативного соединения. Им придется разделить флот. Мы столкнемся не более чем с тремя линкорами. У нас есть морская авиация. Мы можем навредить им достаточно сильно, чтобы расстроить баланс сил на нескольких месяцев, если не лет.
Уилсон глянул на карту.
- Безусловно, амбициозно. Если мы это провернем, то устраним угрозу Восточной Африке, вытолкаем итальянцев из Египта, разгоним их флот по портам и проредим ВВС. Большой кусок, господа, как бы не подавиться.
Уэйвелл согласно кивнул.
- Мы ставим на карту всё. Лондон внезапно нас поддержал - почем и надолго ли, можно только догадываться. Но надо полагать, что когда мы достигнем хотя бы частичного успех, достаточного, чтобы сохранить лицо, то получим приказ из Лондона о перемирии. Мы должны снести все фигуры одним махом.
Уэйвелл оглядел собравшихся. Все единодушно согласились. Игра началась.
Великобритания, Ноттингем, кинотеатр "Одеон"
- Два студенческих, пожалуйста, на передние места, - Дэвид Ньютон положил два шиллинга на стойку билетной кассы.
- Дэвид, так близко к экрану глаза режет. Мы можем выбрать задние? - Рахиль заметила, как сотрудники кинотеатра прячут улыбки. Передние места хорошо просматривались, а задние, под балконом, были в темноте. Именно поэтому они традиционно выбирались парочками.
- Конечно, Рахиль, - Ньютон добавил еще шесть пенсов и взял билеты. - Хочешь перекусить? Я подумал, что потом можно взять немного рыбы и чипсов. Они, думаю, подходят тебе?
Рахиль кивнула. Рыба и чипсы не очень ей нравились, но были очень дорогими.
- Треску и шестипенсовые чипсы. А пока, можно мне мятных леденцов?
Ньютон купил пачку леденцов и кулёчек лакричных пастилок для себя. Когда они заняли свои места, светильники уже погасли и начался киножурнал "Патескоп"[334].
Сегодня все взгляды прикованы к Северной Африке, где 200000 итальянских военнослужащих под предводительством маршала Грациани застряли недалеко от Александрии. Вопрос в том, когда эта могучая сила завершит завоевание Египта? Когда он захватит Суэцкий канал? Почти 30000 солдат Содружества стоят на пути приближающихся итальянцев. Между тем, в Кении итальянские войска медленно отходят под ударами южноафриканцев, которых поддерживают новые истребители "Томагавк".
Появились кадры с мест событий. На киноэкране появилось изображение истребителя с акульей пастью на носу. Последовала съёмка, сделанная, очевидно, камерой самолёта. Итальянский SМ.81 содрогнулся под залпом "Томагавка". Из двигателя на левом крыле вырвался дым, затем он опустил нос и закружился вниз в потоке пламени. Зрители разразился радостными возгласами. Как будто в ответ прозвучал следующий комментарий.
Южноафриканская и родезийская эскадрильи соревнуются, кто собьёт больше итальянских самолётов. Ведёт пилот из Южной Африки Пим Боседа с "Томагавком" по имени "Марийка". Сразу после съемок он сбил ещё один бомбардировщик SM.79, доведя счёт до десяти побед. Он первый дважды ас в Восточной Африке!
Киножурнал показал молодого, светловолосого парня, выскочившего из своего "Томагавка" под приветствия аэродромной команды. Рахиль посмотрела на него и ткнула Ньютона в руку, - Слушай, Дэвид, он такой красивый.
Ньютон увидел блеск улыбки в темноте. Его точно дразнили.
- Погоди, вот полечу я на "Спитфайре", увидишь красавца.
Главной достопримечательностью "Морского ястреба"[335] стал исполнитель главной роли, Эррол Флинн. Фильм, снятый об эпохе королевы Елизаветы, показывал Британию, прижатую к стене в борьбе подавляющей силой Испании за морское господство. Только "морские ястребы", капитаны британских военных кораблей, стояли между Испанией и Англией. Ни они, ни королева не знали, что премьер-министр, лорд Уолсингем, был предателем в союзе с испанцами. Он предал лидера "ястребов", капитана Джеффри Торпа, и выдал его испанцами. Когда испанские солдаты захватили его, Рахиль в ужасе вскрикнула и схватила Ньютона за руку.
Дэвид отметил, что сцена на самом деле была не так уж страшна, и что Рахиль руку не убрала. Через несколько минут её голова устроилась на его плече, и он обнял её. Фильм закончился проникновенной речью Эррола Флинна о том, что никакое предательство не остановит Англию на пути к победе. Зал зааплодировал. Когда они встали во время исполнения гимна, то оба подумали, что поход в кино удался.
Индия, Калькутта, конференц-зал дома правительства