- Неа, не "Гарвард". "Уирравей"[361]. Он ему двоюродный. Мы взяли за основу конструкцию NA-16, поставили двигатель R-1340, доработали для бомбардировки с пикирования, и установили два синхронных пулемёта вместо одного. Примерно то же самое что "Норт Америкэн" сделали с конструкцией модели УТС[362] В-6, когда лепили "Гарвард". Потом они тоже допилили его до пикировщика и лёгкого ударного самолёта, и продали сиамцам.
Сэр Уилфрид кивнул, постаравшись, чтобы выразить этим достаточно сомнения.
- Переделка учебной машины в лёгкий бомбардировщик это одно. В истребитель – совсем другое.
- Это мальца поболе, чем просто переделка, дружище. Мы вкорячили в него лицензионный R-1830, перепилили фюзеляж, улучшив обтекаемость. И поставили пару 20-мм пушек, вдобавку к пулемётам. Ещё профиль крыла вылизали. По правде говоря, от "Уирравея" осталось чутка совсем.
Понадобилось несколько секунд, чтобы перевести объяснение на нормальный язык. Когда он справился, то впечатлился. В документации на самолёт значились предполагаемые характеристики, и сэр Уилфрид уже оценил их. Новый истребитель был медлителен на высоте и практически бесполезен выше четырёх с половиной тысяч, зато у поверхности превосходил все сравнимые машины этого класса. Самое главное – его собрали, используя австралийские мощности, и почти без зависимости от привозных комплектующих. Кроме 20-мм пушек, с ними могли возникнуть трудности.
- Сколько понадобится времени? Год? Полтора?
Представитель ОAC выглядел невыносимо самодовольным.
- Неа. Мы уже выкатили первый. Пока по полю его гоняем, подлёты[363] делаем. Через пять недель закончим. Назначенная дата - 29-е января. Приходите и полюбуйтесь. Я знаю, он не очень грозный получился, но…
Пора было покончить с загадками. Сэр Уилфрид понимал, что корпорация провела невероятную работу за столько малое время, построив собственный истребитель. Успех следовало признать.
- Не очень грозный? Да этот самолёт, CA-12, может быть, самый важный из проектов, которыми занялась Австралия. Поставки американских истребителей заткнули дыры в ПВО, но это кратковременное решение. От массированного натиска они нас не прикроют. Но нужно поменять кое-что в конструкции. Мы не можем полагаться на поставки 20-мм пушек. Сделайте так, чтобы можно было поставить четыре пулемёта вместо них.
- Значит, заказ подтверждён?
У ОАС имелся заказ на 105 истребителей, но они знали, что австралийское правительство поручило сэру Уилфриду выбрать самолёт для перевооружения ВВС Австралии, и контролировать производство. В этом CA-12 конкурировал с производством "Бьюфортов" за двигатели R-1830.
- Разумеется. И я буду иметь честь наблюдать за его первым полётом. Между прочим, как вы хотите его назвать?
- Мы думали за "Бумеранг". Он такой… всегда возвращается. Вас же мы завсегда будем рады видеть в Корпорации, в любое время. Честно говоря, мы думали, что конкуренты нас обскачут.
Сэр Уилфрид покачал головой.
- Они сосредоточены на постройке "Бьюфортов", а их отдел разработки поглощён обеспечением запуска в производство "Бофайтеров". Не помешает немного соревновательности, верно? А это подводит нас к вопросу вашего будущего. Я так полагаю, с первым полётом СА-12 участие отдела разработки в проекте завершится? Имеет смысл придумать для них следующее занятие. Вы могли бы ознакомиться с некоторыми американскими проектами по части профилей крыла.
Представители ОAC уехали просветлёнными. Как только они отбыли, сэр Уилфред открыл следующую папку из лежавших на его столе. "Де Хэвилленд Австралия" строили тренировочные "Мотыльки" и транспортные "Драконы"[364], но их мощности работали с недогрузом. Среди сокровищницы документов, доставленных из Британии, нашёлся проект среднего транспортного самолета "Фламинго"[365]. Строительство этого самолета в Австралии уже было запланировано, однако из-за катастрофы одного "Дракона" возникло недоверие к самолётам "Де Хэвилленд". Он вновь вздохнул и покачал головой. Однажды он прошёл этот процесс как военный представитель. Ничем хорошим в прошлый раз это не закончилось, но всё, на что он мог надеяться – на этот раз у его работы будет лучший исход.
Соединенное королевство, Лондон, Даунинг-стрит 10, секретариат кабинета министров
- Наступила пора сказать "стоп машины".
В руках Батлера были оперативные сводки с Ближнего Востока. Там говорилось, что сопротивление итальянцев в Восточной Африке полностью рухнуло, а итальянские силы в полном составе драпают в Эфиопию.
- 12-я королевская африканская дивизия взяла Могадишо, в то время как южноафриканцы очистили Кению и надвигаются с юга. На севере войска генерала Уэйвелла продвигаются к Асмэре, а часть его отрядов также вошла в Эфиопию. Теперь дипломатические обязательства итальянцев вынудят их выплатить соответствующую дань. У нас в наличии победа, на которую мы можем указать как на подтверждение перспектив британской политики.
- Вы видели, что пишут в газетах?
Лорд Галифакс никак не выказал, что вообще услышал слова Батлера. Его собственный голос звучал ворчливо и мелочно.
- Они ссылаются на южноафриканцев, изгоняющих итальянцев из Кении. Итальянские самолёты были ссажены с неба южноафриканскими Томагавками. В Эфиопию, к Массаве, продвигаются индийские войска. Итальянский Сомалиленд занимают африканские силы. Где здесь хоть слово о нас? Согласно газетам, эти победы одерживаются доминионами без малейшего вклада с нашей стороны. Я одобрил операции в Северной Африке и поддержал генерала Уэйвелла. Где упоминание об этом?
Лорд Галифакс был непритворно изумлен тем, как газеты освещали войну в Северной и Восточной Африке. Он ожидал, что друзья из "Кливденской группы"[366] гарантируют связь любых военных успехов страны с его именем. Вместо этого его имя едва упоминалось.
- Я подозреваю, что Джеффри Доусон[367] и Роберт Баррингтон-Уорд[368], наоборот, оказывают вам услугу, удерживая ваше имя подальше от этих дел.
Дворецкий казался искренним.
- Добром всё это не кончится. Уэйвелл растянул свои войска как это только возможно, но до сих пор не сделал ничего, чтобы выгнать итальянцев из Египта. Мне кажется, итальянцы не ожидали, что он нападёт. Таким образом, у него был элемент внезапности. Когда они контратакуют, быть беде. Попомните мои слова.
- Я вижу, что доминионы поставили всё на победу. Они воспользовались ситуацией, которую создал я. Если бы я не поддержал Уэйвелла, он никогда не осмелился на такие шаги.
- Премьер-министр, чем меньше людей это знают, тем лучше. Уэйвелл сосредоточил все свои силы в Северной Африке, и как только Муссолини двинется против него, всё рухнет. Одновременно с этим падёт доверие к доминионам, как независимым державам, и они будут вынуждены вернуться к нам, униженно умоляя спасти их от краха. Но я настаивал бы, чтобы мы не допустили такого исхода. Мы можем выйти на Муссолини и предложить ему перемирие – с условием возврата к довоенным границам. Сейчас самый удобный момент, с балансом сил в нашу пользу. Мы должны использовать его в своих интересах.
Галифакс выглянул из окна в мрачную темень британской зимы. В конце декабря было много сухих дней, с редкими дождями. Температура плавно понижалась, и случилось уже несколько заморозков. Но не из-за этого над страной нависла серость. Он ощущал, в чём истинная суть проблемы. Атмосфера нежелания смириться с поражением, негодование от внезапного выхода из войны. А с сенсационными новостями о победах Содружества в Восточной Африке, росло мнение, что Перемирие было ошибкой.