Мы смотрели друг на друга нечитаемым взглядом. Прожигая и изучая насквозь план другого. Мы были врагами и знали об этом с самого начала.
«Она думает обо мне» - ухмыльнулся внутренний голос Альбера.
«Да, конечно, ведь ты её едва не убил» - Ответил я, всё ещё не в силах осознать, что такой диалог может быть оправдан.
«Давай закончим начатое?» - усмехнулся Альбер и меня передернуло. В голове появились картинки повешенной в моей комнате Джессики, без рук и ног, а рот открыт в немом, последнем крике.
- Заткнись! – Рявкнул я, зажмурив глаза так, чтобы стало больно.
Пока я так стоял, дверь хлопнула и передо мной опять никого не оказалось.
- Это я не тебе! – Я начал стучать, чтобы она открыла, но на том конце стояла гробовая тишина. Неужели я снова всё испортил?
Разговор закончился, так и не начавшись. Жизнь всего этого дома, как будто замерла. И каждый раз, перед тем как заснуть, я думал о том, сколько людей, истерзанных и измученных, обитали в этих стенах? Может их души всё ещё бродят здесь? Раз уж мою смогла переместиться на другой конец земли?
Резкий удар предмета о пол возвратил меня к реальности. Я набрался смелости, выпрямился и галантно постучал в дверь.
- Чего тебе? – Она вытолкнула дверь так, что я едва успел отскочить. Но в лоб всё же прилетело слегка.
Я потер заболевшее место и постарался придать своему обиженному виду, спокойное выражение.
- Хотел поговорить.
- Заходи.
Мы сидели с ней допоздна и говорили. Я притащил из домашнего бара коньяк для неё и виски для себя, и мы смеялись, когда я разлил свой стакан на брюки в промежности. Это было по-новому. Всё было по-другому. И я осознавал в эти моменты, что я не просто в новом теле – даже моя душа пребывает в новом образе. Не знаю, как это проще объяснить. Наверное, новое тело и новые переживания меняют меня, превращая в совершенно новую личность. И я сам в какой-то мере стал бояться за свои мысли.
Я еще я рассказал ей о том, что был профессором, что умирал на койке в следствие аварии, и я до сих пор помню родной язык.
- Николай, да? – Джессика нахмурила брови. Она так делала, когда думала о чем-то очень важном или когда была в чем-то не уверена. – Скажи что-нибудь на русском.
- Я помню чудное мгновенье! Передо мной явилась ты. – Мои пьяные стихи были тем ещё шоу. Я едва ворочал языком, чтобы соединить их в одну фразу. Да, разносило меня от алкоголя, даже в старом теле. Некоторые вещи не меняются, в какой бы вселенной это не происходило.
- Я не поняла ни слова. – Засмеялась она, и мне стало жаль, что смысл данной фразы ей был не ясен.
Пьяным взглядом я осмотрел её лицо. Раскрасневшееся, с улыбкой до ушей и растрепанные волосы вдобавок. Она выглядела… привлекательно. А я, как бескрайние воды, позволял себе разбиваться о скалы брызгами волн, позволял этим брызгам промочить меня насквозь. И я должен был дрожать от холода, от ветра, который дул с окна, но я горел, как в адском пламени. На мгновение я крепко зажмурился, пытаясь противостоять чувству, которое меня внезапно накрыло в пьяном угаре, которое внезапно обрушилось на меня и вихрем закружило комнату. И тут я понял, что я просто проваливаюсь в сон.
- Альбер! – Меня грубо трясли за плечи. – Иди спать в свою комнату.
Я открыл глаза и увидел темный потолок. Потирая виски, я бросил взгляд на Джессику. Та была недовольна, и это ещё мягко сказано.
- Беркер, - прозвучал знакомый голос из полутьмы. Джессика открыла дверь, намекая, что мне пора бы уйти, но моё тело словно налилось свинцом. Я с громким выдохом поднялся с кровати и пошатываясь направился в свой кабинет.
Еле добравшись до своего места, я лег на узкий диван и укрыв себя пледом, снова уснул.
И снилась мне Джессика.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов