Наверное, она спала уже около четырех часов, когда раздался стук в дверь, и Драко недовольно заворчал. Он проигнорировал звук, будучи уверенным, что наконец явились Поттер с Уизли, чтобы разрушить их мир, а он старался всеми силами отсрочить этот момент.
— Драко, — раздался приглушенный голос Тонкс, — Драко, это я. Подойди к двери.
— Твою ж… — прошипел он, осторожно вставая с кровати, чтобы не потревожить спящую Грейнджер. Он открыл дверь и окинул Тонкс яростным взглядом. — Женщина, от тебя хоть как-нибудь можно избавиться?
— Знаешь, вежливо было бы…
— Разве я считаю тебя вежливым человеком? — возразил он. — Ладно, все равно я думал, что это Поттер с Уизли.
— Мне кажется, Луна переусердствовала со Снотворным зельем, — сказала она, — они до сих пор в отключке.
— Они меня не волнуют, пока не маячат перед глазами.
— Как Гермиона? — спросила она, проигнорировав его комментарий. — Еще не проснулась?
— Проснулась и снова уснула.
— Ну, я не слышала криков, да и ты все еще цел, — заметила она с усмешкой, — полагаю, она тебя помнит?
— Кажется, с ее памятью все в норме.
— Видишь, я была права. Говорила же, что проблем с памятью не будет.
— Поздравляю, — насмешливо произнес он, — я позабочусь, чтобы тебе присвоили медаль.
— Вот я везучая! Как заживают ее раны? Она хорошо себя чувствует?
Он опустил взгляд и нахмурился.
— У нее проблемы с ногами. Она сказала, что почти не чувствует их и как-то это назвала, не могу вспомнить… Неро… Неро-праксия, вроде бы.
— Нейропраксия?
— Пожалуй.
— Это маггловский термин, — объяснила она. — Наверное, тебе он известен под названием «онемение конечностей». Это довольно частый побочный эффект от Круцио.
— Звучит знакомо, — кивнул он. — Значит, это не проблема?
— У меня есть зелье, которое поможет, так что через неделю-другую она снова сможет нормально ходить. Скорее всего, через две, учитывая ее травмы, но до тех пор ей понадобится помощь.
— Разве было бы не лучше, если бы она оставалась в постели?
— Нет, нужно двигаться, это поможет зелью распространиться в организме, — сказала она. — В любом случае, Гермиона не захочет оставаться прикованной к кровати, это сведет ее с ума.
Драко согласно хмыкнул.
— Где зелье?
— В шкафу в этой комнате. Мне нужно будет проверить ее и убедиться, что дело действительно в онемении, а не чем-то более серьезном.
— Более серьезном? — повторил он. — О чем ты?
— Нужно удостовериться, что это не паралич, — сказала Тонкс. — Уверена, что это не он, но все равно нужно проверить, прежде чем давать зелье. Почему бы тебе не спуститься и не перекусить? Кое-кто внизу хочет тебя увидеть.
— Нет, я не…
— Драко? — раздался голос Гермионы из спальни. — Почему ты вышел? Мне послышалась Тонкс?
Он раздраженно выдохнул, бросил колкий взгляд на Нимфадору и вернулся в комнату; Тонкс шла за ним след в след, желая поскорее увидеть Гермиону. Он остановился на полпути, смущенно наблюдая за дружескими объятиями и ощущая себя не в своей тарелке. Настал момент, которого он так боялся — момент, когда люди начнут проникать в ее жизнь, и это беспокоило его.
Они принадлежали ее миру, а он находился на окраине их маленькой компании, главным образом по собственному выбору, но отчасти потому, что не разделил их опыт, да и вопрос доверия был очевидной проблемой. С момента начала отношений они с Грейнджер ни разу не находились в обществе, в Хогвартсе всегда таились в собственной маленькой паутине секретов; он размышлял, может ли на ней сказаться возвращение людей в ее жизнь.
Изменится ли ее отношение под натиском их мнения? Не повлияют ли их негативные суждения и комментарии на них? Решит ли она, что слишком чиста для него?
Словно прочитав мысли Драко, она встретилась с ним взглядом через плечо Тонкс и с обожанием улыбнулась; он ответил напряженным кивком и подумал, что должен больше ей доверять. Ее характер нельзя было назвать переменчивым, ведь так? Она была своевольной, упрямой, она была на его стороне. Однако сомнения по-прежнему продолжали его терзать.
— Как ты себя чувствуешь, Гермиона? — спросила Тонкс.
— Я в порядке.
— Честно?
— Честно, — выдохнула она. — Тело немного побаливает, но это терпимо. Скоро все пройдет.
— Грейнджер, расскажи все, — вмешался Драко, — ты не можешь ходить.
Она нахмурилась, словно не считала это проблемой.
— Да… мои ноги потеряли чувствительность. Думаю, дело в небольшом повреждении нервов или еще чем.
— Считаешь, это онемение конечностей? Мне нужно тебя осмотреть, — пробормотала Тонкс и обернулась к Драко. — Почему бы тебе не спуститься вниз, чтобы перекусить?
— Мне и здесь хорошо, — огрызнулся он более грубо, чем намеревался. — Не понимаю, зачем уходить…
— Мне нужно сосредоточиться, и сделать это без тебя будет легче, — объяснила она. — А еще я сказала, что внизу тебя кое-кто…
— Мне насрать.
— Драко, все в порядке, — Гермиона тихо вздохнула и продолжила спокойным тоном: — Я проголодалась, поэтому скоро присоединюсь к тебе внизу, и мы поедим. Это не займет много времени.
Она с улыбкой смотрела на него успокаивающим взглядом, почти умоляя послушаться, именно поэтому он смягчился. Драко недовольно поджал губы и, бросив на Тонкс надменный взгляд, вышел из комнаты.
По правде говоря, он не имел ничего против Тонкс. Иногда она выводила его из себя, но в то же время являлась одной из немногих, кто не стал громко высказываться против него в жизни Грейнджер; он неохотно признавал, что в сложившихся обстоятельствах союзники лишними не будут. Одному Мерлину было известно, почему она оттаяла по отношению к нему, но он намеревался воспользоваться этим.
Его раздражало, что Тонкс вынудила его покинуть комнату. Они с Грейнджер и суток вместе не провели, а его уже задвинули подальше. Поттер, Уизли, Лавгуд и каждый другой невыносимый идиот захочет побыть с ней; ему не понравилась идея сражения за ее общество. Сжав челюсти он решил, что подумает об этом позже. Он зашел в кухню и закатил глаза, увидев знакомое лицо рядом с Блейзом.
— Да чтоб меня…
— А вот и он, — усмехнулся Тео. — Как поживаешь, солнышко? Выглядишь дерьмово.
— Какого черта ты здесь забыл?
— Тонкс вернулась к Андромеде, чтобы забрать малыша, и привела меня с собой, — объяснил он. — Знаешь, вы с Блейзом — это нечто. Я отошел в душ минут на десять, и тут все как завертелось…
— Это едва ли было чем-то забавным, Тео, — пробормотал Блейз уставшим голосом.
— Может, и нет, но это было самым интересным, что произошло в том чертовом доме за последнее время, — ответил он. — Я опасаюсь отлучиться в сортир, вдруг еще что-нибудь пропущу.
— Мерлин, ну ты и придурок.
— Мне уже говорили.
Блейз покачал головой и внимательно посмотрел на Драко.
— Грейнджер в порядке?
— Тебе реально есть до этого дело?
— Тебе уж точно есть, — возразил он. — Я видел ее ранения, и я просто спрашиваю.
Драко сжал челюсти, сел за стол и, прежде чем ответить, с опаской изучил парней.
— Она не может нормально ходить, — медленно произнес он, сохраняя стоическое выражение. — Считает, что это просто онемение конечностей, оно может оказаться временным. Тонкс проверяет ее состояние.
Блейз потер подбородок.
— Все могло быть хуже, друг.
— Этого вообще можно было избежать! — яростно крикнул он. — Я хочу знать, какого хера Уизли говорил, что это его вина.
— Ах, да, Вислый, — заметил Тео. — Сюжет все насыщеннее. Я уже занял местечко в первом ряду для наблюдения за этим неизбежным противостоянием.
— Вот и хорошо, сможешь подержать его для меня.
— Должно быть весело, — подхватил Тео, и Драко не смог удержаться от ухмылки. — Небольшое уизлизбиение — звучит как лекарство.
— Разве между Уизли и Грейнджер ничего не было? — спросил Блейз.
— Было, — подчеркнул Драко, — и теперь это не имеет никакого значения.