Глубоко вдохнув, она распахнула дверь и вздрогнула, когда на нее уставились двенадцать пар глаз.
— Простите за опоздание, — промямлила она и случайно перехватила взгляд Майкла, — я проспала.
— Все в порядке, Гермиона, — заверила ее МакГонагалл и жестом пригласила присесть. — Вам известно большинство из уже сказанного. Я объясняла, что первая группа учеников отправится домой сегодня около трех пополудни. Мадам Максим согласилась предоставить нам своих пегасов, они прибудут около двух. Возможно, Хагриду понадобится ваша помощь.
— Сколько будет учеников? — спросил Невилл, делая пометки на пергаменте. — Не хочу никого потерять на пути домой.
— Двадцать два, включая вас, мистер Лонгботтом, — ответила она. — После того, как все дети будут развезены, кони отвезут вас домой, а затем сами вернутся в Шармбатон. Каждый из вас должен убедиться, что не потерялся ни один ученик из списка.
— Кто сопровождает группу в среду? — спросила Джинни.
— Я, — Ли поднял руку. — Мы ведь едем на Ночном Рыцаре?
— Полагаю, что так, — МакГонагалл кивнула, — все детали указаны в расписании, которое я вам разослала.
— Профессор, а сколько учеников остается? — спросила Гермиона, стараясь не смотреть в сторону Майкла.
— Совсем немного, — пояснила Минерва, — всего шестеро.
Ребята продолжили свои расспросы, а Гермиона, осознав, насколько одиноким окажется для нее это Рождество, тихо загрустила. Винить в этом она могла лишь саму себя; Джинни предлагала ей поехать с ней на каникулы, но, к большому раздражению Уизли, Гермиона отказалась, потому что находила неправильным проводить праздники в Норе без Гарри и Рона. К тому же, Драко оставался в дортуаре, и она чувствовала ответственность за его безопасность; плюс ей нужно было помогать МакГонагалл справляться с делами в Хогвартсе. Горькая правда заключалась в том, что Гермиона хотела, чтобы в этом году Рождество не отличалось от любого другого дня.
Слишком много всего происходило за пределами замковых стен, и это портило ощущение праздника, подобно густому ядовитому туману. Отсутствие близких друзей и родных порождало пустоту в груди; компанию ей составлял лишь угрюмый слизеринский любовник, которого Грейнджер изо всех сил пыталась понять. Она не сомневалась, что ее ждет мрачный день.
— Итак, — голос МакГонагалл вырвал ее из тоскливых раздумий, — если вы готовы проследить, чтобы нужные ученики были собраны к двум, тогда на этом все. Или же у кого-нибудь есть вопросы? — Ответом ей стал лишь звук собираемых вещей. — Хорошо, увидимся позже. И, если встретите кого-нибудь на улице, напомните им о выпавшем снеге. Гермиона, вы не могли бы задержаться на пару минут?
— Конечно, — она нервно кивнула и неуверенно улыбнулась ребятам, когда те покидали кабинет. — Что-то случилось?
— Все в порядке, — заверила Минерва и наложила на дверь Силенцио. — Я хотела узнать, как обстоят дела с мистером Малфоем?
Только бы не покраснеть.
— Нормально, — ей удалось взять себя в руки. — Думаю… он немного свыкся.
— Значит, он успокоился? — не унималась МакГонагал. — Перестал вести себя враждебно?
— Да… успокоился, — отрешенно произнесла Гермиона, — он просто стал… лучше. Думаю, мы притерлись друг к другу.
— Хорошо, — согласилась она. — Я хотела еще раз поблагодарить вас за то, что не покидаете школу на Рождество. Мисс Лавгуд до сих пор не уверена, останется ли она. Я знаю, что теперь здесь у вас не так уж много друзей, а дома сейчас…
— Все в порядке, — Грейнджер пожала плечами. — Ведь это будет просто еще один день. Иногда Хогвартс кажется мне домом, хотя без Гарри и Рона все иначе.
— Знаю, что в ваших комнатах сейчас не совсем уютно, — понимающе продолжила МакГонагалл. — Хочу, чтобы вы знали, что не только я, но и остальные преподаватели будут рады, если вы присоединитесь к нам…
— Спасибо за приглашение, профессор, — робко перебила ее Гермиона, — но, пожалуй, я останусь у себя, притворившись, что ничего не происходит.
— Вы не против провести праздники в компании мистера Малфоя? — спросила Минерва, выгибая бровь.
— Мне просто хочется, чтобы этот день ничем не отличался от всех остальных, — ответила она, стараясь сохранить невозмутимое выражение. — К тому же будет неправильно… оставить Драко в одиночестве на Рождество. Он и так чувствует себя всеми покинутым.
Минерва задумчиво хмыкнула.
— Вы… смягчились по отношению к нему?
— Я просто… — Гермиона замерла, осознав, что сболтнула лишнего. — Я стала лучше его понимать. Сомневаюсь, что решение бросить его одного принесет ему какую-либо пользу.
— Полагаю, вы правы, — скептически согласилась МакГонагалл. — Что ж, если ваше мнение изменится, обязательно приходите.
— Спасибо, — сказала она, поднимаясь с места. — До встречи, профессор.
Минерва напутственно улыбнулась, и Гермиона выскользнула из кабинета, мысленно напоминая себе следить за тем, как она отзывается о Драко в присутствии МакГонагалл. Повернув в соседний коридор, Грейнджер выдохнула, но воздух застрял в горле, потому что она почувствовала, как сильная рука ухватила ее за локоть.
— Майкл, — порывисто выдохнула Гермиона, когда узнала тревожно наблюдающие за ней карие глаза. — Ты меня напугал.
— Прости, — неловко пробормотал он. — Я надеялся, мы поговорим о произошедшем на балу.
— Конечно, — она отрешенно кивнула. — Да, конечно, я…
— Может, давай у тебя?
— Я бы лучше прошлась, — быстро сказала Гермиона. — Давай где-нибудь прогуляемся и поговорим. Сегодня мне не очень-то хочется сидеть в комнате.
— Ладно, — согласился он и медленно направился по коридору. — Слушай…
— Мне очень жаль, — пробормотала она, заправляя за ухо непослушные пряди, — что бросила тебя вот так. Я не совсем хорошо себя чувствовала.
— Все в порядке, Гермиона, — он насупился, — тебе не нужно ничего придумывать. Я знаю, что ты думала о нем, и это…
— О нем? — быстро повторила Грейнджер. — Я…
— О Роне, — пояснил Майкл со знающим видом. — Прости, я не понимал, насколько у вас серьезно, но Джинни мне все объяснила.
— Ясно, — произнесла Гермиона, ощутив неудобство, но отбросила в сторону совесть, что клокотала внутри. — Да… ну, я…
— Не хочу между нами никакой неловкости, — перебил Корнер, сворачивая за угол к библиотеке. — Я считаю тебя другом и не хотел бы, чтобы все…
— Я не против быть твоим другом, — честно ответила она. — И мне жаль, что я сразу не дала знать, какие отношения между нами с… Роном. Сейчас, когда он далеко, все сложнее, да и война не помогает.
— Все в порядке, — Майкл кивнул. — Хочешь, чтобы я проводил тебя до комнаты?
— Наверное, я немного позанимаюсь в библиотеке, — сказала она. — Мне нужно кое-что закончить, но все равно спасибо. Увидимся позже.
Драко наблюдал за пушистым снегом, кружившимся за окном.
Он никогда его особо не любил, но после недель наблюдения за неизменным видом из окна этой комнаты он был вынужден признать, что искрящийся белый пейзаж выглядел, словно ожившая картина. После стольких недель, что Малфой провел в этом гадюшнике, он стал забывать, каково было снаружи, и, честно говоря, скучал по свежему воздуху.
Он слышал, как Гермиона ушла более часа назад, но она по-прежнему оставалась здесь. Ее запах витал в воздухе, он мог ощутить его у себя на языке; Драко пытался вспомнить момент, когда именно ее аромат перестал раздражать и превратился в нечто, приносящее успокоение.
Несмотря на данное самому себе обещание, что перепих с Грейнджер будет разовым, он уже смирился с тем, что сделает это снова, пока не исчезнет пожирающая изнутри потребность в ней.
Если исчезнет.
По крайней мере, ему удалось проснуться первым. Каждый уважающий себя мужчина знал, что лишние минуты в кровати, в которой ранее у вас был секс, означает нечто большее, нежели просто получение физического удовольствия среди смятых простыней; он бы скорее заклял себя Круциатусом, чем позволил подобному случиться.
Это было лишь на одну ночь…