— А что это такое — биополимерная жи... -ша... а... жижа? — удивился капитан.
Второй помощник сверился с блокнотиком, пожал плечами — мол, кто ж её знает, эту жижу.
— Условная жидкость. Биополимерное вещество, используемое в регенеративной медицине, — пришёл на помощь Клистир, —Для синтеза утраченных человеческих органов. При том, полного спектра органов. Требовательна к условиям хранения. При определённых условиях возможно неконтролируемое развитие.
— В смысле развитие? — насторожился капитан.
— Ну, там... Деление, почкование, самопроизвольное слияние...
— И чем это всё грозит?
— Да ничем. Утратой груза... Я думаю. — Пожал плечами медик. — Вещество новое, мало изученное.
— Второй помощник, какого х... мы приняли на борт малоизученное вещество?
— Вы же мне сами команду давали!
— Я?! — как-то по-детски удивился капитан. Задумался на миг... — А-а-а! Это же из головного офиса поступила команда! Медицина, а может эта жи... -ша... а... жижа быть источником галлюцинаций?
— Кто ж её знает. Я же говорю — малоизучено.
— Так, боцман. Бери с собой баталера, медика, электронщика, и проверьте, что там у нас сейчас творится во втором твиндеке.
И на этом собрание срочно закончилось.
— Вы пока не торопясь идите по заданному капитаном направлению, а я заскочу в каюту, захвачу волновик. На всяк случай, — напутствовал аварийную команду исследователей «что творится там, во втором твиндеке».
Догнал, когда коллеги с задумчивым видом рассматривали герметичную дверь в твиндек.
— Что здесь? — спросил я.
— Закрыто и опломбировано, — ответствовал баталер, наречённый корабельными острословами прозвищем Сизый из-за неудержимого пристрастия к тайному хранению и употреблению определённого вида жидкостей. И, отнюдь, ни биополимерного характера, но также имевшим некое, правда, весьма условное, отношение к медицине.
— И что здесь удивительного? В походном режиме двери в складские помещения должны быть надёжно загерметизированы, — по памяти процитировал я инструкцию по организации транспортировки грузов на космических грузовых кораблях.
— Так, оттуда, значит, никто и выбраться не мог, — прояснил задумчивость команды Клистир. — Следовательно, искать причину галлюцинаций требуется не здесь.
— Харе разводить демагогию! — скомандовал я, пресекая пустопорожние разговоры, — Капитан сказал — осмотреть, значит — открываем и осматриваем!
Сизый пожал плечами и крутанул задрайку.
Второй твиндек встречал первозданной темнотой и ощутимым холодом.
— Что у нас с температурой? — удивился я, — Второй же, вроде, тёплый твиндек?
Электронщик, в народе скромно прозванный Эль, сунулся в контрольный экран. Поколдовал на нём. И в результате колдовства вспыхнувшие лампы осветили огромное помещение. Грузовые контейнеры, боксы и стеллажи вразнобой уходили вдаль, где и терялись. Твиндек использовался в том числе и для хранения собственного корабельного имущества. А учитывая вечную спешку, сопровождавшую каждую загрузку, складское пространство, в идеале долженствовавшее представлять из себя подобие разлинованной шахматной доски с аккуратно расставленными фигурами, на деле имело все признаки первозданного Хаоса, где сам чёрт не разберёт, где что хранится.
— Странно, — пробормотал Эль, — Настройки температурного режима были изменены.
— Кем изменены? — спросил Иваныч.
— А я знаю? — Развёл руками Эль. — Установленный при погрузке температурный режим был изменён. Вот с этого экрана.
Я поправил на поясе волновик. Корабль всё больше и больше начинал походить на дикие джунгли, где никогда не угадаешь — что поджидает тебя за следующим деревом, ну, или применительно к нынешней ситуации, за ближайшим контейнером или стеллажом.
— Держимся вместе, зрим во все стороны. Хрен его знает, кто тут у нас завёлся такой умный. Медленно и аккуратно продвигаемся в сектор два-бис.
И мы двинулись...
— Чего это, а? — Иваныч воззрился на раскуроченные медицинские боксы в секторе два-бис.
Огромный ящик, рухнувший с ближайшего стеллажа прямиком на места хранения малоизученной жидкости, в чистую раздавил её транспортировочные боксы. И теперь перед нами представала мешанина из частей высокотехнологичных боксов и расколотого ящика, из которого вольготно рассыпались пьезокристаллы, микросхемы и прочие электронные блоки.
— Вот же... — начал громко ругаться Эль, брезгливо поддевая ногой свою рассыпавшуюся электронику.
— Постойте... — подал голос и Клистир, — А где сама жидкость?
— А какая она должна быть? — поинтересовался я.
— Ну, до активации что-то в виде прозрачного желе или густого киселя.