Лилит замерла. Она присела на корточки, разглядывая пятно. Её ноздри раздулись. Зрачки сузились в вертикальные щели.
— Жека… — прошептала она, и в голосе её прозвучал настоящий ужас. — Это что?
— Мазут, — быстро соврал он, инстинктивно делая шаг назад. — Наступил где-то на стройке.
— Врешь! — взвизгнула она, вскакивая. — Мазут не пахнет… фейри!
Жека похолодел.
— Кем?
— Фейри! Лесные духи! — Лилит тыкала пальцем в его ботинок. — Это их прах! Это запах «Летней Ночи», только мертвый, перебродивший! Жека, это… это останки! Они что, перемалывают их⁈
Жека вспомнил крошечную полую косточку в фильтре. Вспомнил перламутровую чешуйку, которая рассыпалась в пыль. Кольцо на пальце обожгло кожу так сильно, что он едва не вскрикнул. «Скачок адреналина. 120 ударов. Внимание!».
— Заткнись, — прошипел он. — Не говори ерунды. Это химия. Эфирный конденсат. Побочный продукт синтеза.
— Конденсат из трупов! — кричала Лилит. Её глаза вспыхнули фиолетовым огнем. — Ты работаешь на мясорубке! Жека, они убивают магический мир! Они выжимают нас как лимоны, чтобы у людей горели лампочки! И ты… ты помогаешь им чистить ножи!
— Я СКАЗАЛ — ХВАТИТ! — рявкнул Жека.
Он схватил её за плечи и встряхнул. Она была легкой и хрупкой, как те самые кости. — Слушай меня! У меня нет выбора! У нас нет выбора! Я подписал контракт. Если я уйду — меня посадят, Алису вышвырнут из школы, а тебя пустят на опыты! Ты этого хочешь⁈
Лилит замолчала. Она смотрела на него снизу вверх. В её глазах больше не было злости. Только страх и отвращение.
— Ты не Изолятор, — прошептала она. — Ты Тюремщик.
Жека отпустил её. Руки у него тряслись.
— Ешь бургеры, — бросил он, разворачиваясь к выходу. — Я приеду послезавтра.
Он вышел из гаража, не оглядываясь. Хлопнула тяжелая металлическая дверь, отрезая запах страха и пыли. Лязгнул ключ в замке. Один оборот. Второй.
Жека прислонился спиной к холодным воротам и сполз вниз, закрыв лицо руками. Над головой беззвучно жужжал дрон, охраняя его маленькую, грязную тайну. А кольцо на пальце продолжало вибрировать, фиксируя его ложь, его пульс и его падение.
Глава 7
Инцидент
3:00 утра. Время, когда город умирает. Время, когда ведьмы заканчивают ритуалы, а нормальные люди видят самые глубокие сны.
Жеке снилось море. Теплое, ласковое, пахнущее солью и свободой. Он лежал на песке, и солнце грело ему руку. Слишком сильно грело. Жгло.
Жека дернулся, вырываясь из липкой паутины сна. Он сел на кровати, хватая ртом воздух. В комнате царила абсолютная, ватная темнота — шторы «блэкаут» отсекали любой свет с улицы. Тишина была такой плотной, что звенело в ушах.
Но его правая рука горела. Это была не метафора. Безымянный палец словно сунули в костер. Жека зашипел и схватился левой рукой за правое запястье. В темноте, как глаз маленького злого демона, пульсировал красный диод на его смарт-кольце.
Вибрация была такой сильной, что отдавала в кость, до самого плеча. «Вз-з-з. Вз-з-з. Вз-з-з».
— Твою мать… — прохрипел он со сна, пытаясь нащупать ночник.
Но кольцо не дало ему времени. Внезапно вибрация прекратилась, и Жека почувствовал странный зуд прямо внутри черепа, за ушами. Костная проводимость. Голос звучал не из динамика, а прямо в его голове. Механический, лишенный интонаций голос системы безопасности.
«Код: Черный. Мобилизация. У вас три минуты».
Жека попытался стянуть кольцо. Он знал, что это бесполезно, но паника — плохой советчик. Титановый ободок сидел намертво, словно врос в кожу. От попытки сдвинуть его кольцо нагрелось еще сильнее, до температуры кипятка.
«Попытка саботажа. Предупреждение. Следующий разряд будет болевым. Одевайтесь, Евгений Валерьевич».
Жека выругался, тряся обожженной рукой. Он вскочил с кровати. Ноги запутались в дорогом одеяле. Свет в комнате вспыхнул сам — резко, на полную яркость, выжигая глаза. Никакого плавного «утреннего режима». Боевой свет.
Он метнулся к стулу, где висел комбинезон. Одевался он дрожащими руками. Молния заела. Пуговица на манжете оторвалась и укатилась под кровать. В голове билась одна мысль: «Началось. Я думал, это просто работа. Я думал, я буду чинить трубы. Но сантехников не будят болевым шоком в три часа ночи».
— Я готов! — крикнул он в пустоту комнаты, застегивая воротник. — Хватит меня жарить!
Кольцо мгновенно остыло. Диод сменил цвет с красного на ровный, холодный синий. «Выход. Транспорт подан».