— Твой черный пропуск — это просто песня, Жека, — сказала она, не отрывая взгляда от экрана. — Корд дал тебе ключи от всех черных ходов. Я гуляла по их серверам всю ночь. Я видела логистику, графики поставок «топлива», чертежи реакторов. Но…
Она выдержала паузу и нажала кнопку на клавиатуре. Картинка башни исчезла, и на её месте появилась пульсирующая красным сфера, окутанная плотной сеткой защитных контуров.
— Но вот это, — она ткнула в сферу, — Главный Эфирный Реактор. Сердце башни. И туда нас не пустят даже с пропуском самого Корда.
— Почему? — Жека нахмурился, вглядываясь в схему. — У меня доступ «Ультра».
— Потому что там паранойя восьмидесятого уровня, Жека. Серверная реактора физически отрезана от внешней сети башни. Это закрытый контур. Там нет Wi-Fi, нет внешних портов. Чтобы остановить реактор или устроить перегрузку, мне нужно физически подключить свой кабель к их главному пульту.
Лилит откинулась на спинку подушки и помассировала виски.
— Проблема в том, что реакторный зал охраняется лучше, чем золотой запас страны. Семь постов СБ Корда. Бронированные двери. Автоматические турели. Мы с тобой вдвоем не дойдем даже до первого чекпоинта. Нас расстреляют в коридоре.
Жека молчал. Он смотрел на красную сферу на экране. Всё оказалось сложнее, чем он думал. Изолятор и хакер могут открыть дверь, но они не могут выиграть войну с вооруженной армией.
— И что ты предлагаешь? — тихо спросил он.
— Мне нужен хаос, — Лилит подняла на него глаза. — Я смогу пройти и всё взломать, если охрана реактора будет отвлечена. Если автоматика переключится на внешнюю угрозу. Если кто-то устроит Корду полномасштабный блэкаут или штурм периметра. Нам нужна армия, Жека. А нас всего двое. И четыре ящерицы-переростка.
Жека отошел от холодильника. Он подошел к своей куртке, висевшей на стуле, и достал из внутреннего кармана старый, затертый кожаный бумажник.
«Мне нужна армия», — эхом отозвались слова Лилит. Он открыл бумажник. Среди чеков из автомагазина и просроченных скидочных карт лежал плотный, матово-черный прямоугольник визитки. На ней серебряным тиснением был выведен изящный герб с летучей мышью и всего одно слово: «Гемоглобин». Ни телефона. Ни имени. Только адрес в подвалах старого особняка на Петроградской стороне.
Жека вспомнил проливной дождь, закипевший лимузин и бледного аристократа с тростью, который заплатил ему пять тысяч за ремонт.
«Валериан. Глава клана Ночи».
Вампиры. Древняя элита этого города. Те, у кого Корд отнял доступ к эфиру, заставив их сидеть на голодном пайке. Те, кто ненавидел Архитектора не меньше, чем Жека и Лилит, но у кого, в отличие от них, были клыки, деньги и боевики.
— У нас будет армия, — сказал Жека, пряча визитку обратно в карман.
— Ты о чем? Кого ты собрался позвать? — Лилит нахмурилась, вылезая из своего свинцового убежища. — Ментов? Или тех мужиков, с которыми ты раньше пил пиво?
Жека достал из шкафа свою новую, черную тактическую форму СБ Корда и начал одеваться.
— Я иду к старым хозяевам этого города, Лилит. Тем, кто был здесь до Корда.
— К вампирам? — она ахнула, и её глаза округлились от ужаса. — Ты совсем свихнулся⁈ Они же монстры! Они пьют кровь! Они тебя сожрут, Изолятор!
Жека застегнул молнию на куртке с логотипом «Молния и Глаз». Кольцо на его пальце привычно мигнуло, проверяя пульс.
— Я работаю на человека, который сжигает фейри заживо в свинцовых гробах, — спокойно ответил он. — Поверь мне, Лилит. После Корда вампиры покажутся мне милейшими ребятами.
Он взял ключи от служебного «Тигра».
— Спи. Запри ворота и не выходи. Я скоро вернусь. Либо с союзниками, либо… Он не договорил. Дверь гаража с лязгом закрылась за его спиной.
Петроградская сторона встретила Жеку лабиринтом узких улиц и облупившихся фасадов доходных домов. Он припарковал тяжелый, черный «Тигр» прямо на тротуаре перед неприметной дубовой дверью полуподвального помещения. Парковка армейского броневика Корда у тайного логова нежити была наглостью высшего порядка, но именно с этой карты Жека и собирался зайти.
На двери не было вывески. Только тусклый латунный молоток в виде горгульи.
Жека вышел под дождь. Он не стал надевать капюшон. Пусть видят черную куртку, кевлар и логотип «Молния и Глаз» на груди. Он подошел к двери и трижды ударил латунным кольцом.
Дверь открылась бесшумно. Вместо привычного для таких мест полумрака в лицо Жеке ударил густой, почти осязаемый запах старого бархата, меди, пыли и чего-то сладковато-железного. Крови.