Жека смотрел в полупрозрачные, бесстрастные глаза Архитектора.
— А если я откажусь?
Корд печально вздохнул.
— Тогда я заблокирую гермодвери пентхауса намертво. Вы останетесь здесь, в этом коридоре. И когда щиты падут, вы своими глазами увидите, как Клан Ночи поднимается наверх. И вам придется слушать, как они будут ломать двери к вашей дочери, пока не доберутся до неё. Выбор за вами, Изолятор.
Голограмма мерцнула.
— У вас десять минут, прежде чем внешние генераторы сгорят. Время пошло.
Проекторы под потолком пискнули и погасли. Фигура Корда растворилась в воздухе.
В столовой снова повисла тяжелая, густая тишина, нарушаемая только сбитым дыханием Жеки и далеким воем сирен. Он оказался в идеальной ловушке. Чтобы спасти дочь из рук чудовища, ему нужно было убить сотни других существ и навсегда закрепить власть Архитектора над городом.
И именно в эту секунду абсолютной, безнадежной тишины в кармане Жеки завибрировал старый, кнопочный телефон.
Резкий, дешевый полифонический рингтон старого кнопочного телефона разорвал мертвую тишину столовой, словно выстрел.
Жека вздрогнул. Он медленно сунул руку во внутренний карман изодранной куртки и достал аппарат. Тот самый «одноразовый» телефон, который Граф Валериан вручил ему в коллекторе. Экран тускло светился, высвечивая надпись: «НЕИЗВЕСТНЫЙ НОМЕР».
Жека нажал кнопку приема и поднес пластиковый корпус к уху. Его руки, только что без дрожи сжимавшие оголенные провода с грязной бомбой, сейчас заметно тряслись.
— Да, — хрипло произнес он.
Из динамика ударила какофония звуков. Треск плазменных разрядов, оглушительный вой сирен, скрежет рвущегося металла и жуткий, утробный рык, от которого кровь стыла в жилах.
— Изолятор… — голос Графа Валериана пробился сквозь этот хаос. В нем не осталось ни капли аристократической вальяжности. Он тяжело, со свистом дышал, и в его словах лязгал чистый, звериный оскал. — Мои тени забрали твою жену, Женя. Они вырвали её прямо из лап цепных псов Корда. Она у нас. В катакомбах под городом. Живая и невредимая.
Жека закрыл глаза. Волна облегчения захлестнула его, но тут же разбилась о ледяной тон вампира.
— Спасибо, Граф. Я в долгу перед…
— К черту твои долги! — рявкнул Валериан так громко, что динамик телефона жалобно хрипнул. — Корд сжигает нас! Его внешние генераторы лупят по площади чистым ультрафиолетом и плазмой! Мы не можем прорвать бронедвери стилобата. Моих детей рвут на куски!
Жека перевел взгляд на погасшие проекторы под потолком. Корд не врал. Башня держала удар из последних сил, перемалывая Клан Ночи в мясорубке.
— Ты обещал опустить щиты, Изолятор! — в голосе Валериана зазвучала первобытная ярость. — Где твой блэкаут⁈ Иди в машинный зал и выруби Главный Реактор! Обесточь эту проклятую Башню, чтобы мы могли войти!
— Валериан, послушай меня, — Жека вцепился свободной рукой в край стола, чтобы не упасть. — Алиса… моя дочь, она всё еще здесь. Корд запер её на самом верху. Если я отключу Реактор и вы ворветесь внутрь, начнется бойня. Она погибнет. Дай мне время вытащить её!
На том конце повисла секундная пауза, сквозь которую прорвался жуткий визг умирающего оборотня.
— Мне плевать, — холодно и безжалостно отчеканил Граф. — Мой Клан истекает кровью из-за тебя. У тебя пять минут, Изолятор. Если через пять минут свет в этой Башне не погаснет… я лично отдам приказ своим упырям. Они выпьют твою красавицу-жену досуха. И поверь мне, Женя, они сделают это очень, очень медленно.
— Валериан! Стой! НЕ СМЕЙ! — заорал Жека в трубку.
Но в ответ раздались лишь короткие, равнодушные гудки.
Связь оборвалась.
Телефон выскользнул из ослабевших пальцев Жеки, ударился о край стола и с сухим стуком упал на персидский ковер.
Изолятор медленно осел на пол, прямо среди разбросанных детских игрушек и раздавленных круассанов. Он прижал ладони к лицу.
Капкан захлопнулся. Идеальный, математически выверенный цугцванг.
Если он пойдет в Реактор и сделает то, что просит Корд — Валериан убьет Марину. Если он пойдет в Реактор и сделает то, что просит Валериан — Корд убьет Алису или она погибнет в когтях оборотней.