Жека почувствовал, как сердце, до этого бившееся где-то в горле, на секунду остановилось, а затем забилось с удвоенной силой. Он опустил окровавленный гаечный ключ. Разжал сведенные судорогой пальцы.
— Алиса… — хрипло выдохнул он. Его голос дрогнул, сломавшись на середине слова. — Доченька. Папа здесь. Папа пришел.
Он сделал неуверенный шаг к ней, протягивая вперед руки.
Алиса подняла голову. Но вместо радости или слез облегчения Жека увидел в огромных глазах своей дочери чистый, парализующий животный ужас.
Она смотрела не на доброго, уставшего инженера, который по вечерам чинил ей игрушки. Она смотрела на огромное, тяжело дышащее существо. Лицо Жеки было покрыто коркой из сажи и чужой крови. Костяшки сбиты в мясо. Одежда изодрана, а под курткой проступали черные синяки от удушающего захвата гвардейца.
А затем Алиса перевела взгляд чуть левее, на Лилит. Суккуб стояла рядом с Жекой. Её одежда превратилась в дымящиеся лохмотья, бинты на руках пропитались кровью, а в глазах всё еще тлел потусторонний, пугающий фиолетовый огонь Нижнего Мира. Настоящий монстр из тех обучающих видеороликов, которые детям показывали в гимназии Корда. Монстр, стоящий плечом к плечу с её отцом.
Алиса судорожно всхлипнула. Стакан с соком выскользнул из её детских пальчиков и со стуком упал на толстый ковер.
Она не бросилась к Жеке. Она вскочила с дивана, попятилась и, обхватив себя руками, спряталась за спинку кожаного кресла Виктора Павловича.
— Папа… — её голосок дрожал от слез. — Что… что ты наделал? Ты… ты плохой?
Этот детский, наивный вопрос ударил Жеку сильнее, чем кулак модифицированного преторианца. Изолятор замер, словно наткнувшись на невидимую стену. Его протянутые руки бессильно опустились вдоль туловища.
Мир рухнул окончательно. Он сжег всё ради нее, а она увидела в нем только пепел.
Корд медленно, с достоинством поднялся из своего кресла. Он не выглядел испуганным тем фактом, что в его личный бункер ворвались два убийцы. Он посмотрел на Жеку с почти искренней, отцовской жалостью.
Архитектор протянул руку и ласково, успокаивающе погладил плачущую Алису по голове.
— Тише, моя дорогая, тише, — мягко произнес Корд бархатным голосом. — Не смотри на них. Твой отец болен. Магия этих дикарей отравила его разум. Но мы ему поможем. Корпорация всех спасет.
Корд перевел свой холодный, аналитический взгляд на Жеку. Музыка Баха продолжала играть, создавая сюрреалистичный контраст с разворачивающейся трагедией.
— Вы разочаровываете меня, Евгений, — произнес Архитектор, и в его голосе лязгнул металл. — Вы сломали мои двери, убили моих лучших людей и напугали собственную дочь. И ради чего? Вы думали, что зайдете сюда и просто приставите нож к моему горлу?
Жека стиснул зубы так, что во рту появился вкус крови. Он снова сжал рукоять разводного ключа.
— Именно это я и собираюсь сделать, Корд, — прорычал Изолятор, делая медленный, тяжелый шаг вперед. — Отпусти её. Иначе я размажу твои мозги по этому панорамному окну.
Сюита Баха продолжала литься из скрытых акустических систем, обволакивая залитый кровью Жекин ботинок, занесенный над идеальным паркетом.
Жека сделал еще один шаг. В его глазах не было ни капли сомнения. Он потерял доверие дочери, он потерял свой идеальный мир — теперь у него осталась только голая, животная цель. Вытащить свою семью из этой мясорубки.
Он поднял тяжелый разводной ключ, с которого на пол сорвалась густая, темная капля крови преторианца.
— Звони на охрану периметра, — процедил Изолятор. С каждым словом его голос становился всё более глухим и скрежещущим. — Прикажи им сложить оружие. Затем свяжись с Графом. Скажи, что ты отдаешь ему Башню в обмен на мою жену. А потом мы с Алисой спустимся на первый этаж, и ты пойдешь с нами. Как щит.
Лилит, прихрамывая, обошла Жеку сбоку, отрезая Корду путь к возможным скрытым дверям. Фиолетовые искры снова заплясали на её почерневших пальцах, отражаясь в панорамном стекле.
— Одно неверное движение, Архитектор, — прошипела суккуб, обнажая клыки, — и я сварю твои глазные яблоки прямо в черепе. Мне даже не придется к тебе прикасаться.
Но Виктор Павлович Корд даже не вздрогнул. Он не потянулся к тревожной кнопке под столом. Не попытался прикрыться Алисой, которая всё так же в ужасе жалась за спинкой его кресла. Наоборот, Корд сделал полшага вперед, заслоняя девочку собой от этих двух чудовищ. Идеальный защитник.