— Ты дерьмовая в постели, Грейс, — я не люблю ходить вокруг да около. Чёрт. Это ужасный каламбур. — Не пойми меня неправильно. Я наслаждался твоей тугой киской. Отличный маленький подарок, кстати. Но мне было до слёз чертовски скучно. Очень хорошо, что с нами здесь была Бриа. По крайней мере, она знала, что делать с моим членом. Мне стоит разозлиться на тебя за то, что ты тратишь впустую моё время. Но вместо этого, я собираюсь быть снисходительным, поэтому оставлю в тебе немножечко гордости. И сделай нам обоим одолжение. Прекрати лить эти чертовы слёзы и ради Бога не думай даже закатывать истерику. Подними голову вверх, собери своё дерьмо и уйди спокойно. Как это делает Бриа, — это чертовски меня возбуждает.
— Мэддокс… пожалуйста… Я могу постараться лучше. Возможно, если мы… попрактикуемся…
Я смеюсь. Из меня вырывается настоящий хохот. Мне требуется минута, чтобы успокоиться и снова посмотреть на неё. Я отхожу от штатива и направляюсь в ванную.
— Сладкая, у меня нет на тебя времени. Но не волнуйся, я уверен, что камера запечатлела твою лучшую сторону.
— Ты кусок дерьма, — ах, этот ярый нрав Бриа.
— Спасибо, дорогая, за такие запоздалые комплименты. Теперь, будь добра и закрой за собой дверь, когда вы обе будете уходить. Мне нужно отлить, — я захожу в ванную. — И не вздумай ничего брать, — кричу я, прежде чем закрыть за собой дверь. После опорожнения своего мочевого пузыря, я мою руки и слышу щелчок дверного замка. Чертовски хорошее избавление. Моя благотворительная работа длится в течение недели. Грейс, в конечном итоге, будет меня ненавидеть. Они всегда так делают. И когда она остынет, то поймёт, что подобно остальным из них, они в лучшем положении.
Это только ради денег, по крайней мере, для меня. Порно, с которым мне приходится иметь дело, является частью моего многообещающего бизнеса.
Выхожу из ванной, нахожу свои джинсы, лежащие на другой стороне моей комнаты на полу, и надеваю их. В кухонном шкафчике есть бутылка виски, которую я беру с собой, выходя на улицу. Я выскакиваю на пожарную лестницу и, чтобы добраться наверх, где тёмно-красная дверь открывает доступ на крышу здания, ступаю на шаткие, покрытые ржавчиной ступени.
Вид отсюда просто фантастический. Весь город как на ладони передо мной, словно мокрая потаскушка, ожидающая мой член. Мерцающий, яркий и готовый быть покорённым. Воистину великолепный. Я подношу бутылку ко рту и делаю глоток, затем ещё один, чувствуя неприятный привкус сладко-обжигающего хорошего виски. Ставлю бутылку перед собой на крышу. Запускаю руку в задний карман, доставая из него сигарету и зажигалку. Три поворота колёсиком и огонь в моих руках. Я подкуриваю сигарету, подношу её ко рту и делаю длинную затяжку, наполняя никотином лёгкие. А затем выпускаю клубок вредного дыма в воздух.
Взяв бутылку виски и сделав глоток, подхожу к краю здания и сажусь. Десять этажей не такая уж большая высота для полёта вниз. Расслабьтесь. Я не собираюсь прыгать. Хотя уверен, есть большой список людей, которые будут очень счастливы увидеть меня, целующим тротуар. Теперь я спрошу вас, каким бы человеком я был, если бы дал им насладиться этим? К тому же, я слишком безжалостен, чтобы размышлять о самоубийстве. Я наслаждаюсь своей адской жизнью. Ощущаю своих демонов, которые бьются о непробиваемые стены воспоминаний, которые я пытаюсь забыть. Стойкие маленькие ублюдки. Ещё один глоток и затяжка не помогают стереть вкус отвращения к себе. Призрение как желудочная кислота врезается в шаткий контроль моих эмоций.
Что за чёрт? Это не может происходить из-за того, что я обращался с Грейс не лучше чем с личной тряпкой, в которую кончают. Это же обычный я. Ублюдок — моё первое имя, второе и фамилия. Я вздыхаю, закрывая глаза, и снова образ моего отца вспыхивает в голове. Я смеюсь. Но здесь не над чем смеяться. Ага, мы не будет делать это дерьмо сегодня вечером. Прогулки по воспоминаниям не будет.
Я отхожу от края. Возвращение вниз на пятый этаж нашей квартиры не занимает много времени, и когда я вхожу, то нахожу Дро, сидящим на потрёпанном диване в гостиной. Голая блондинка, с разукрашенными татуировками руками и пирсингом в носу, сидит на полу, сворачивая пластиковые пакетики с серовато-белым порошком. Это девушка Дро, Винн. Она в его жизни ещё с тех пор, как он взял меня к себе два года назад.
Я хмурюсь, бормоча:
— Когда вы успели сюда прийти?
Их не было здесь, когда я уходил. Бросаю взгляд на часы на своём запястье и понимаю, что прошло тридцать минут, как я ушёл.
— Мы были здесь, — он сбивается с подсчёта денег, которые держит в руках. На журнальном столике лежат четыре стопки смятых наличных, вместе с семью небольшими пакетами для сэндвичей, заполненными марихуаной. Три девятимиллиметровых пистолета лежат рядом с пустой коробкой латексных перчаток. Смотрю на беспорядок окружающий Винн на полу, она в перчатках упаковывает новый продукт. СКАЙ. С научной точки зрения модифицированная версия экстази и кокаина. Оно продаётся в старших школах и колледжах. Травка по-прежнему занимает первое место на рынке, но СКАЙ можно поставить на второе. СКАЙ — быстрый заработок. Открутив крышку, Винн укладывает последнюю часть своей маленькой созданной горки и затягивает узел, после чего переходит к следующему пакету. Большой серебряный поднос увенчан героином. Коробка крахмала, бутылка детской присыпки и Аякс свидетельствуют о том, что партия уже разведена.