Я слушаю ужасные крики Эйли, на собственном опыте зная, каким жестоким может быть Тим. Я не понимала, что делаю, пока Тим не захлопнул дверь перед моим носом. Но сейчас, стоя перед дверью спальни своей лучшей подруги, я трясусь от абсолютного ужаса, пока приёмный отец насилует её. Я зашла слишком далеко. Я не хотела…
Дрожь становится сильнее. Она усиливается с каждой проходящей секундой. И я не знаю, наркотики это или мои нервы, но мне нужно что-то сделать. Хоть что-нибудь. Приходя в действие, я бегу вниз по лестнице и чуть не спотыкаюсь о рюкзак Эйли. Я наклоняюсь и роюсь в нём, пока не нахожу то, что искала. На экране её телефона горит сообщение.
«Проверяю в порядке ли ты. Дай мне знать».
Сообщение от контакта, подписанного просто «М». Но я догадываюсь, кто это. Я собираюсь отправить ему сообщение, но передумываю в последнюю минуту.
Он поднимает трубку после первого гудка.
— Эй, красавица, — приветствует он, словно это её имя, и внезапная зависть из-за любви в его голосе заставляет меня замолчать.
— Эйли? — спрашивает он. И я прихожу в себя.
— Мэддокс.
— Кто это, блядь?
Ну, по крайней мере, он знает голос Эйли.
— Это Мэллори…
— Где она? — холод в его голосе невозможно спутать с чем-то ещё даже через телефон, и я тут же содрогаюсь. Мэддокс Мур не тот, кого можно наебать. Даже немного.
— Ты должен приехать… Её отец… Просто поторопись и приезжай.
Дрожащими руками я отключаюсь и набираю 911. Всё происходящее после пролетает, словно вспышка. Я остаюсь на линии достаточно долго, чтобы сообщить оператору адрес, после чего спешу наверх, чтобы одеться, взять сумочку и ключи, и убраться отсюда так быстро, как только могу. Наркотик перестаёт действовать. Я не могу находиться здесь. И потребность принять что-нибудь достаточно сильное, чтобы заставить себя забыть о своём участии во всём этом, берёт верх. Оказавшись в своём Мерседесе, я коротко молюсь, чтобы Эйли пережила это. Но мне хорошо известно, что Бог отрёкся от меня уже давным-давно. Поэтому никто не услышит мою молитву.
Глава 24
Мэддокс
Не знаю, почему телефон Эйли находится у этой суки, и в какую-то секунду я готов послать её, но затем её слова заставляют мой мир резко остановиться. Я курю с Уилки возле полицейского участка. Как мы и ожидали, нам нихрена не сказала о Дро. Так что мы ждём здесь уже целый час. И теперь звонок всё меняет. Мои движения замедленные, но я сразу бегу к своему грузовику, выбрасываясь на ходу сигарету.
— Куда нахрен ты идёшь? — кричит Уилки мне вслед.
— Кое-что случилось. Мне нужно разобраться с этим, — отвечаю я с середины стоянки.
— А что с Дро?
— Это моя девушка, — отвечаю я без колебаний. Эйли теперь всегда будет на первом месте. — Мне нужно идти. Держи меня в курсе.
Я веду машину, словно нахожусь под кайфом. Мой грузовик — дерьмо на колёсах, когда дело доходит до скорости, но я нарушаю каждое правило дорожного движения, чтобы добраться в другую часть города за половину времени, которое обычно трачу на такую поездку. Сворачиваю на её улицу, и в моих венах стынет кровь, когда я вижу возле её дома машину скорой помощи, пожарную и полицейскую. Я паркуюсь в соседнем квартале, почти там же, где высадил её ранее, и мчусь вниз по улице, словно олимпийский спринтер.
Возле её дома собралась толпа соседей, и я проталкиваюсь через них. Я оказываюсь на другой стороне как раз в тот момент, когда Эйли на каталке погружают в машину скорой помощи и захлопывают за ней дверь.
— Она всегда была такой милой девушкой, не могу поверить в то, что с ней произошло.
— Кто-нибудь знает, что случилось?
— Кто-то сказал, что её очень сильно избили.
— Да, я подслушала её отца, когда он давал показания полиции. Видимо, у неё есть парень, который плохо с ней обращается. Отец сказал, что застукал его, когда он насиловал её.
— Боже, это так ужасно! Ты можешь представить себе, чтобы такое произошло с твоей дочерью?
— Я знаю… это ужасно. Бедная девочка.
Избил. Изнасиловал. Избил. Изнасиловал. Изнасиловал. Изнасиловал. Я различаю только эти слова, и они повторяются в моей голове, питая пламя раскалённой ярости, растущей внутри меня. Я даже не сомневаюсь, что кастрирую её старика. Это обещание, которое я намерен сдержать для себя. Но сначала мне нужно увидеть её. Нужно узнать в порядке ли она. Нужно прикоснуться к ней. Я следую за скорой помощью, и только у стойки регистрации неотложной помощи понимаю, что они не дадут мне увидеться с ней. Я не член семьи. Проходит несколько часов. Я брожу по коридорам, избегая её отца. В конце концов появляется её приёмная мать с маленькой девочкой, которая выглядит в точности, как она. Со слезами на глазах все они ждут новостей от врача.