- Наплевать мне, что он делает или не делает! – отстранившись, заявила я. – Не в этом дело. За что мне выходить за человека, который всю жизнь будет холоден со мной? Ему не нужна эта свадьба точно так же, как и мне!
В общем, недолго мы жили в мире и согласии. Уже лежа в постели и вытирая остатки слез, я думала над словами отца. Хотела ли я? На самом деле, хотела ли, чтобы он обратил на меня внимание? Не разозлить его, не вывести из себя, а заставить посмотреть на меня… Как отец смотрит на маму?
И осталась весьма недовольна ответом.
Воскресенье пролетело, как один миг – только что я проснулась, сладко потягиваясь, в своей кровати, как уже вечер, гора домашних заданий не сделана, а первой парой – мейстра Вену, как на зло. С тоской посмотрев на лекции, я подтащила ближе низкий чайный столик с ворохом тетрадей и учебников, и только потянулась за колотым шоколадом на блюдечке, как раздалось дребезжание стекол и следом за этим – грохот учебников. Стопка, придерживающая восточное окно, рухнула на пол. Вместе с незнакомым парнем и трехэтажным матом.
В свое время Элиас очень постарался, чтобы я могла себя защитить. Конечно, в школе основам нас тоже обучали, но считалось, что в первую очередь девушку должен оберегать мужчина. Элиас был с этим категорически не согласен, тем более, что я росла довольно задиристой и упрямой. Как знал, что пригодится.
Первым делом нужно сделать что-нибудь неожиданное – это даст тебе время, - говорил брат.
Я подхватила кружку с чаем и запустила в захватчика. Еще барахтаясь в куче учебников, парень не успел даже вскрикнуть – теплый крепкий чай и фарфоровая кружка обрушились ему на голову. Белые волосы залило заваркой, чашка раскололась, на учебниках расползлись рыжие пятна.
«Во-вторых – сначала бей, потом болтай» - прозвучал в моей голове голос Элиаса. Я подхватилась с кровати, выбрасывая руки в заученном жесте обездвиживания. Простенькое заклинание, перебить его труда не составляет, но как раз для моего резерва. Впрочем, парень и не думал сопротивляться – он выглядел огорошенным и удивленным, словно это я вломилась к нему в комнату.
- Ты кто? – одновременно спросили мы.
Я возмущенно запахнула домашний халат, прикрывая сорочку, и повторила уже более грозно:
- Кто ты такой? И что тебе нужно?
- Артэм Бор, - сипло ответил тот. Заварка капала ему на плечи, стекала по лицу и расползалась по учебникам, безнадежно их испортив. – А ты кто?!
Нет, каков нахал!
- Между прочим, это моя комната, а значит, и вопросы задаю я, - возмутилась я и, подумав, сняла обездвиживающее: он не казался опасным, а книги нужно было спасать.
- С каких пор сюда начали селить первокурсниц?! – всерьез возмутился он.
Я начала подозревать, что чего-то не знаю.
В процессе спасения книг (в коем он принял посильное участие) выяснилось следующее: как оказалось, восточное окно было сломано не просто так – вот уже который год старшекурсники пользуются этой комнатой, как перевалочным пунктом для посещения женского крыла общежития. Вахтерша их по коридору не пускает, особенно ночами, и они нашли способ. Раньше эта комната считалась учебной – тут стояли столы и шкафы с книгами, но, видимо, в этом году решили убрать, а в бывшую учебную заселили меня.
- Поэтому ты извини, если я того… напугал, - расшаркивался Артэм, пытаясь пробраться к выходу. - Но можно я все-таки…
- Нельзя! – суфлерским шепотом гаркнула я, закрывая ему проход к дверям. - Не хватало еще, чтобы кто-нибудь видел, как из моей комнаты выходит парень!
- Да ночь уже, все спят, - возмутился блондин. Хотя, теперь уже скорее рыжий. Не знаю, сумеет ли он отмыть заварку…
- В окно! – сурово ткнув пальцем, отрезала я.
- Будь человеком, меня такая девушка ждет, - зашипел Артэм, пытаясь показать жестами объемы девушки. И, видя, что я не прониклась сочувствием, предложил: - Ну хочешь, я тебе окно сделаю и парней предупрежу, чтобы не ходили больше?
Я задумалась. Представила, как начнется паломничество через мою комнату. Затем представила последствия.
- Хочу.
В общем, со всеми возможными предосторожностями Артэм был выпущен в коридор, окно запечатано, и открыть его теперь можно было только с моей стороны. А я, помедитировав на испорченные учебники, легла спать.
Понятия не имею, как он выбирался из комнаты своей зазнобы, но меня больше не беспокоил.
Глава 4
Утром выяснилось, что Ди-Галон уже в Университете – я увидела его за завтраком, на привычном месте за столом преподавателей. Абсолютно спокойный – как всегда – словно и не пропадал где-то несколько дней. Знать бы еще – где? Маскели тоже обретался за столом и я уже слышала стенания однокурсников по поводу недостойной замены мейстре Иветт. Конечно, смотреть на Иветт было гораздо приятнее, чем на хмурого, с вечным выражением брезгливости на лице, Маскели.