- О культе в Данзаке или в Беднаре? – уточнила я, удивив его.
- В Беднаре.
- Древняя богиня лжи и хитрости, - пожала я плечами. – Насколько я знаю, сейчас ее культ почти забыт, да и по закону преследуется…
- Культ Лалейи сегодня – лишь горстка отщепенцев, которые не знают и десятой доли, - презрительно фыркнул Маларик. – Лалейи, если быть точным, богиня двух душ. По крайней мере, была раньше. Ее адепты сумели разделить свои души таким образом, чтобы одну половину поместить в искусственно созданного близнеца, послушную куклу, которая выполняла все приказы и на которую не действовало ни одно заклинание или оружие. В конце первого тысячелетия культ настолько разросся, что его последователи начали завоевывать все больше земель. Под их господством оказалась пустыня – откуда они, собственно, и пришли, - земли будущего Беднара и Вилдмарка, часть Вереи. Все это продолжалось до тех пор, пока люди не научились с големами бороться.
- Как? – тут же спросила я.
- Понятия не имею, - развел руками Маларик. – О существовании культа мы знаем по его остаткам, о големах и вовсе ничего не известно. В книгах и летописях есть только указание, что на месте, где сейчас находятся Соленые озера, состоялась битва и несколько магов каким-то образом убили всех, находящихся в долине, включая союзников.
- И поднялся плач и слезы стекали к телам убитых и наполнили озеро, что стало печалью Беднара… - процитировала я. Эту часть истории я знала, только в современных учебниках ни о каких големах не было ни слова. Пустынное воинство – вот как окрестили последователей Лалейи сегодня. – Но тогда получается, что кто-то сумел создать голема? Это ведь его я видела на столе в морге?
- Скорее, пробудить, - уточнил Маларик. – Их иногда находят: во дворце, например, стоит один – в королевской сокровищнице. Но выглядят они, как обычные статуи, так что узнать можно, только если знать о големах. Хотя теперь больше не о чем волноваться.
- Почему это?
- Потому что мага, пробудившего голема, я убил, - просто ответил Ди-Галон.
Я нервно покосилась в сторону холла.
- Но как ты можешь быть уверен, что не найдутся другие?
- О, это вряд ли, - от нехорошей улыбки этого мужчины мне стало не по себе. Он говорил об убийстве человека с тем же спокойствием, с каким варил мне кофе. Вкусный, кстати, кофе… - Собственно, твои отец и брат как раз и задержались, чтобы убедиться, что никто больше не владеет информацией по пробуждению големов.
К горлу снова подкатила тошнота. Я сжала зубы и натолкнулась на сочувствующий взгляд.
- То есть все закончилось? – уточнила я, вздернув подбородок. Маларик кивнул. – Тогда я пойду.
Я дошла уже до дверей, когда вспомнила во что, собственно, одета. Вернулась, игнорируя ироничный взгляд.
- Может быть, у тебя есть еще одно мое платье? – надменно уточнила, припоминая ему историю с артом Вербанди.
- Утром я добуду тебе хоть весь гардероб, - пообещал он с усмешкой. – А пока могу предложить лечь поспать.
- Будто я смогу заснуть, - проворчала я и тут до меня дошло. – Постой. Ты использовал весь резерв? Весь? Поэтому мы сидим в темноте, а платье будет только к утру?!
Я возмущенно уставилась на явно смущенного Маларика. В этот момент в нем проскользнуло что-то, давно забытое: чистые, не прикрытые маской равнодушия эмоции. Такого Маларика нельзя было ненавидеть, да и сомневаюсь, что я смогла бы это сделать после того, как думала, что он умер.
И кофе, конечно, предназначался не мне, а ему – хоть как-то восстановить магический резерв…
Я виновато посмотрела в свою кружку, где осталась только жижа на дне.
- Я сварю тебе еще…
В стеклянной банке остались только крошки. Растерянно оглядевшись, я увидела холодильный шкаф, но и там было пусто – как и предполагалось, он здесь почти не жил.
- Кьереми…
- Как можно так жить? – возмутилась я, не зная, куда деть свой виноватый взгляд. – Здесь же мышь повесилась! Ты что-нибудь ел?
- Кьереми, не нужно, - тихо попросил он. – Оставь и иди наверх. Скоро придет эл Годур, мне не хотелось бы, чтобы он знал о… О твоем невольном участии.
Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Я тоже не хотела, чтобы папа знал о моем пребывании в доме Маларика. Это могло навести его на ненужные мысли. Уже поднимаясь по лестнице наверх, я услышала:
- Я рад, что тебе не все равно, Кьереми.
Мрак знает что.
Глава 6
Я надеялась, что папа не узнает о моем невольном участии в их делах, но какие-то слухи до него дошли. Прошел всего час как я, крадучись и кутаясь в теплую накидку, вышла из дома Маларика, чтобы добраться до своих комнат под осуждающим взглядом вахтерши, когда в дверь постучали. Мысленно пожелав незваному посетителю идти лесом, я хотела было зарыться носом в подушку, как услышала знакомый голос: