— Простите! — выпалила я и отвернулась, чтобы сбежать подальше и развидеть всё, что успела увидеть.
Убежать мне не позволили. Хотя какой бег? Я по стеночке плелась как улитка. Вся покрасневшая и немного не в себе. А всё потому, что перед глазами мелькало увиденное и никак не хотело забыться. Из-за этого щёки горели. Кажется, я всё-таки извращенка. Спасибо хранителю особняка, узнала о себе кое-что новое. А теперь стою, прижатая, и боюсь обернуться.
— Станислава! — шипит Киромир над ухом, а я вместо того, чтобы ответить, радуюсь, что он запомнил моё полное имя. — Как ты… Что это было?
О! Кажись, не одна я в смущении, или у кого-то от жары мозги расплавились.
— Простите, я случайно, — пробубнила себе под нос и зажмурилась.
— Ты невыносима! — ударил руками по стене Киромир. — Как ты вообще выбралась из комнаты и что пыталась сделать?
— Во-первых, мне помог хранитель, — сдала я того с потрохами, хотя, возможно, сама виновата в своём поспешном решении куда-то идти. — Во-вторых, мне хотелось помочь вам разобраться в деле об убийствах, чтобы больше никого не ранили. Не люблю не сдерживать обещаний.
— Похвально, — саркастически произнёс Киромир и захлопал в ладоши. — Но это не объясняет того, как вам удалось зайти на территорию, что запрещена для женщин.
— Да я же вам уже сказала, как я это сделала! — не сдержалась я и обернулась к Киромиру, который в ту же секунду навис грозной скалой, чтобы заглянуть мне в глаза.
— И что, он помог?
— Как видите!
— Прямо взял и решил помочь какой-то смертной девчонке?
— Вы и сами смертный!
— Человек без дара и силы может уничтожить всё на своём пути…
— Хватит преувеличивать! Этот разговор ни к чему не приведёт в таком русле. Он бессмысленный. Или вам так плохо оттого, что хранитель прислушался к моей просьбе? Тогда выясняйте это с ним. А я назад, к себе в комнату, раз вы не нуждаетесь в моей помощи, — выпалила я на одном дыхании.
— Вперёд, — ухмыльнулся Киромир. — Посмотрим, как у вас это получится.
— Если не получится, будете сами себя винить, — парировала я и поплелась в ту сторону, откуда, насколько помню, пришла.
Вот и пытайся помогать после этого. Нет, конечно, в первую очередь я стараюсь для себя, чтобы выжить, но я же от чистого сердца хотела помочь этому несносному гаду! Лучше бы он никогда не был моим любимым персонажем, тогда проще было бы злиться и не было вдвойне обидно. Но, к сожалению, мой характер таков, что я могу быстро воспламениться и так же быстро остыть. Вот и сейчас, не прошло нескольких минут или секунд, как я развернулась и пошла обратно к стоящему в одном полотенце мужчине, с которого стекали капли воды, образовывая под ним лужицу.
— Вернулись?
Как же хочется стереть с его лица эту ухмылку!
— Решила пожалеть ваши нервы! Чтобы вам не пришлось за мной бегать, а то, боюсь, кто-то неправильно может вас понять, — начала дерзить я, перестав бояться.
Нельзя злить женщин. Они в ярости очень опасны и несдержанны. Могут и сковородкой приложить, если понадобится. Но с Киромиром я так не рискну, своя шкура дороже.
— Станислава, вы играете с огнём! — зарычал Киромир.
— Как будто сама об этом не знаю, — пожала я плечами и опёрлась о стену, так как сил не осталось. Силой воли сыт не будешь, и рано или поздно резервы кончаются. А после недельного лежания — чудо, что вообще смогла проделать такой путь и не упасть где-то в беспамятстве.
— Несносная девчонка! — возмутился Киромир.
Мужчина преодолел разделяющее нас пространство. Закинул меня к себе на плечо и потащил, как мешок с картошкой.
Вот это наглость!
Неудобно, а ему хоть бы хны. Сила есть — ума не надо, теперь в буквальном смысле понимаю эту фразу.
— Отпустите, — простонала я и закрыла глаза, потому что полотенце решило так не вовремя соскользнуть и упасть на пол. А задницу Киромира, несмотря на то, что он мой муж, я не намерена рассматривать. — У вас полотенце упало.
— Наплевать! — грозно заявил Киромир и кинул меня на постель… Что?! Я даже не заметила, когда он успел так быстро дойти до комнаты. — Если я правильно помню, вы хотели спать. Поэтому лучше немедленно сделайте то, что хотели, иначе я не ручаюсь за то, что могу с вами сделать.