Не позволяя девушке медлить дальше, Свят взял ее ладонь в свою, и зашагал в сторону центра зала. Свет стал более приглушенным везде, кроме танцпола. Освещая лишь их, заставлял девушку краснеть и бледнеть. Снова она центр всеобщего внимания. Опять этот страх. Ладони похолодели, покрываясь липким потом.
- Посмотри на меня, - расслышала тихую просьбу, звучащую точно приказ.
Арина неуверенно подняла глаза на спутника, и выдавила из себя:
- Я не умею танцевать.
Ну да, не было в ее жизни возможности практиковать свои танцевальные возможности. Не довелось ей ни на выпуске потанцевать, ни свадьбе подруг/сестер. Не посчастливилось.
- Доверься мне, - шепнули еле слышно мужские уста. Удивительно, что девушка вообще его расслышала. Ведь кровь шумела в ее ушах, точно отбойный молоток.
- Не могу.
- А ты попробуй.
Несмотря на напряженность, сковавшую все тело, Домрачева позволила ювелиру себя вести. Ритм все ускорялся, когда руки мужчины сдвинулись к ее обнаженной спине, и прошлись по ней в мягкой, почти невинной ласке. Она осознавала себя, и того, кто ее обнимал. Чувствовала его тело, вибрации, которые в нем создавала классическая музыка, и мягкий голос певца. Это просто нечто. Волнующее. Захватывающее нечто. А говорят еще, что танец сближает.
Врут.
Танец – не просто сближает, он единит. Два тела, две души, становятся целым. Он был схож с занятием любовью. Медленным и чувственным, а следом – стремительным и жарким. Непредсказуемым.
Девушка несколько раз наступила на ногу партнеру, но так и не смогла вымолвить слов извинений. Только позволяла себе изредка повернуть к нему голову. Тут же натыкалась на взгляд, способный потопить любой Титаник, сжечь любой лес Амазонки, и сменить русло Ниагарского водопада.
Реальный. Дикий.
Аккорды композиции, как и голос исполнителя стихли, а вместо них на танцующих обрушился шквал аплодисментов.
- Спасибо, - прошептал мужчина, склоняясь перед своей спутницей. Легкий поцелуй, не лишенный нежности и чувственности обжег ее ладонь.
- Прости, - кивнула автоматически Арина, спеша покинуть зал.
- Не так быстро, - удерживая ее, проговорил Полански. – Веди себя естественно, и скандала не будет. Убежишь сейчас, и пойдут пересуды. Тебе оно надо?
- Нет.
- Вот и доверься мне.
- А если я не могу?
- Не можешь или не хочешь? – в тон ей, спустя несколько мгновений, ответил Свят. Место, где его ладонь касалась ее тела, пылало огнем. Вздрагивая каждый раз, когда рука мужчины невольно меняла место дислокации, и опускалась точно за зону ограничения, Домрачева смущалась.
- Руки! – тихо и незаметно для окружающих рыкнула она.
- Что такое милая? – елейным голоском переспросил мужчина, и позволил себе сжать ее мягкую попу в своих руках. – Не нравится? Терпи.
- Не хочу, - запротестовала Риша, пытаясь вырваться из его захвата. А между тем, они подходили все ближе к довольно скалящимся Зафиру, Мартину и господину Амину. Остальных троих девушка не знала. – Убери. Свою. Руку.
Свят в конце концов ее послушал, а в следующий миг, довольно произнес:
- Маман, дорогие отцы! Позвольте представить мою прекрасную спутницу – Арина Домрачева.
Что? Мама? Отец? Два отца? Это как?
Пребывая в некоем ступоре и замешательстве, девушка попыталась отойти в сторону. Ее тут же вернули назад. Стремительно впечатали в мужское тело, охренительно-сексуально-пахнущее тело, кстати.
“И что с ним сделаешь? Мало того, что руки распускает, так еще и каменный весь. Бугристый, точно скала. Вот, идеальное сравнение – скала. Он что из тренажерки не вылазит? Живет там?”
- Очень приятно, Ариночка. – мягко проговорила женщина, подходя ближе, и оглядывая девушку с ног до головы. В ее добрых глазах светилось расположение и откровенный интерес. Ничем не прикрытый. – Вы так сказочно танцевали.