— Да… точно собиралась.
— Я уже беспокоиться начал… — Взгляд слишком внимательный, мне стало неловко, словно я опять сказала или сделала какую-то глупость.
— Прости, отвлеклась. А ты что здесь делаешь? Льрисса же не велела тебе выходить.
— Не велела, но мне скучно. Не думаю, что сейчас кто-нибудь сюда заглянет.
Я смотрела на него и испытывала противоречивые чувства. Я ничего не должна была ни Диру (этот случайный мимолетный поцелуй не в счет), ни Стикуру и могла испытывать к ним обоим любые чувства, но почему-то создавалось четкое ощущение, что я предаю и того, и другого. Сначала целовала мага, секунду назад заворожено смотрела на широкие плечи герцога и вспоминала, какие на вкус его губы, а сейчас снова растворяюсь в янтарных глазах Дирона.
— Оль, что-то случилось? — Проклятый вампир оказался слишком проницательным. Или это я так и не научилась скрывать собственные чувства.
— Стик… — против воли выдохнула я и осеклась. Говорить про герцога с Диром было не самой умной затеей.
— Брат? Причем тут он? Ты…
— Он здесь, я сейчас видела его выходящим из кареты, — спешно выпалила я. Взгляд Дирона, когда я выдохнула имя Стика, мне совсем не понравился.
— Вот каркалы! — Дир нервно взъерошил волосы жестом, запомнившимся мне еще со старых времен. Хотя… не волнуйся, думаю, что меня он не узнает. Или… — понимание мелькнуло в глазах мага, сменившись печалью, — или ты переживаешь из-за себя?
— Ничего я не переживаю, — буркнула я, краснея еще сильнее. Вот черт! Ничего не могу скрыть!
— Тебе же он нравился… даже, насколько я знаю больше, чем нравился…
— Это давняя история. — Я отвернулась, гадая, как много Дир знает о наших отношениях с герцогом. С одной стороны, на момент смерти мага ничего серьезного еще не было (точнее об этом серьезном никто не догадывался), с другой — он уже общался с Льриссой, а вампирша потрепаться любит.
— Расскажи, что тебя связывало с моим братом? — потребовал он и в голосе мелькнули, нехарактерные властные нотки.
Я задумалась и нехотя начала рассказывать. Наверное, мне самой хотелось, наконец, разобраться в свих чувствах и мыслях.
— Я думала, что любовь… — эти слова дались с трудом. — Когда я первый раз попала на Арм-Дамаш семь лет назад, между нами словно проскочила искра. Правда, сначала взаимное притяжение заметить было сложно. Мы противились ему. Стик скрывал чувства за маской безразличия, а я нарывалась сама. Хотелось вывести из себя невозмутимого герцога. А потом на нас напали. Там в хижине недалеко от Влекрианта. Ты помнишь? Ты же тогда был с нами. Я в первый раз убила человека и была на грани истерики. До сих пор помню липкую кровь на полу под босыми ногами.
— Ага, — Дир усмехнулся. — Тогда мой братец тебя напоил, чтобы вывести из шокового состояния. У тебя еще похмелье было капитальное. Гномий самогон — заборная штука.
— Он тогда меня не поил. Он тогда со мной спал… — буркнула я и отвернулась. Наверное, не стоило рассказывать Диру это, а с другой стороны, если ему нужно, он мог многое узнать у Льриссы. Лучше уж я сама, чтобы не осталось недомолвок.
Маг удивленно уставился на меня, видимо, не ожидал такой откровенности или не подозревал, что наш роман со Стиком начался так рано.
— Я даже не мог подумать, — невесело усмехнулся он. — А похмелье? Игра?
— Почему? — пожала плечами я. — Никакой игры. Я напилась позже, от осознания содеянного, так сказать. Если ты помнишь, тогда я очень быстро уехала домой на Землю, а он меня нашел и там. Знаешь же, каким Стикур может быть настырным. Появился прямо перед свадьбой и все разрушил, впрочем, к лучшему. Мой жених — Денис оказался далеко не тем, за кого себя выдавал.
— Слушай, а я ведь помню, когда Стик неожиданно решил навестить Землю. Это было…
— Ага, за несколько дней до твоей гибели.
— Значит, он так сорвался туда из-за тебя?
— Точнее из-за моей свадьбы. У Стикура инстинкт собственника преобладает над всеми остальными. Какое-то время мне казалось, что у нас все будет просто замечательно, но вмешалась судьба и все расставила по местам. Денис считал меня своей добычей и не желал отпускать. Охотился, выслеживал, и в один прекрасный момент ему удалось меня схватить. Он планировал оставить меня в одном из своих домов в качестве наложницы. Стикур проявил благородство или безрассудство и кинулся меня спасать, но попался сам. Тогда все завершилось благополучно. Нас вызволили Дерри и Льрисса. Она Стика вытащила буквально на себе. Он очень сильно пострадал, Денис сделал все, чтобы унизить его в моих глазах, заставил кричать от боли и вымаливать пощаду. Стик, похоже, тогда сломался. Как только пришел в себя, то сразу же дал мне от ворот поворот.