— Каркалы всех задери! — Льрисса осторожно дернула рукой, проверяя звенья цепочки на прочность, и запястье снова резанула боль. Но она — ничто, ее можно перетерпеть, главное, чтобы получилось разорвать оковы. Медленно и неумолимо начинали просыпаться вполне прозаические физиологические желания, а этот аргумент был весомее боли. Льрисса дернулась сильнее, перед глазами потемнело. Тонкий браслет, казалось, намертво впился в запястье и сейчас, разрезав сухожилия и кости, отсечет конечность. В тот момент, когда вампирша уже смирилась с потерей руки, — настолько сильной была боль и настолько ярким ощущение острого лезвия, — тонкая цепочка лопнула. На коже не осталось даже следов.
— Мерзавец! — словно выплюнула Льрисса обращение к хозяину дома и, пошатываясь, встала с кровати. Путы были выбраны специально. Поганец Маррис прекрасно знал, что Льрисса их снимет, если ей будет очень нужно, но постарался сделать этот процесс максимально болезненным. Злило еще и то, что кроме оков на руках, были тонкие едва светящиеся браслеты, блокирующие магию. Снять их самостоятельно невозможно, тут нужен либо сильный маг, либо тот, кто их надел.
Вампирша подошла к окну и осторожно открыла штору. За окном стелился привычный аскарионский туман. Смеркалось, а может, сегодня просто тучи несколько гуще, чем обычно. На окне, как и следовало ожидать, была толстая решетка — справиться с такой без магии невозможно. Нечего и пытаться.
За окном был привычный туман, значит, Маррис не вывез ее за пределы Аскариона. Нужно только найти возможность сбежать. Впрочем, Льрисса понимала, это будет не просто.
Комната находилась достаточно высоко, можно было предположить, что под самым шпилем какой-нибудь башни. Далеко внизу виднелся аккуратно подстриженный газон и клумбы. Еще дальше — невысокий каменный забор и обрыв за ним. Казалось, что замок вообще находится на летающем острове: единственный клочок твердой почвы — это клумбы и трава внизу башни, все остальное — облака.
— Попала, — задумчиво произнесла девушка, обращаясь к разноцветной птичке, присевшей на окно. Птичка повернула ярко-желтую голову в сторону вампирши, что-то чирикнула в ответ и, взмахнув крыльями, улетела, а Льрисса задумалась. Больше всего ее беспокоили вопросы: «Что за игру затеял Маррис? Зачем ему понадобился Дир? Зачем нужно запирать ее саму?» Ну, в крайнем случае, можно было бы выловить Дира, а ее обвинить в укрывательстве преступника и все. К чему захватывать ее в плен?
Сначала, когда вампир только появился в храме, Льрисса подумала, что он собирается очернить ее перед отцом и братом, обвинив в содействии преступнику. После такого заявления, помочь бы Диру не удалось, но Маррис пошел по другому, более сложному пути и вампирша не знала, что означает его игра. Слишком все странно. Где, интересно, Дирон? И жив ли он вообще? Вероятнее всего, жив. Нет смысла его убивать после такой продолжительной охоты.
Как бы узнать, чем так ценен Дир в теле Ласта? А точнее, кто имеет большую цену: маг или юный вампирчик? Или ценность они приобрели, когда их объединили?
Льрисса методично облазила комнату, изучив все: ковры на полу, стены, решетки на окнах, углы. Залезла под кровать и даже ощупала матрас на предмет наличия пружин, но все бесполезно. Комната, несмотря на всю свою роскошь, напоминала камеру или палату для буйно помешанных. Ни одного намека на колюще-режущие предметы. Единственное, что можно использовать, как оружие — это кусок кафельной плитки. Ей была выложена ванная комната, но этот кусок еще как-то нужно отколоть. Поганец Маррис не оставил даже обуви, уж своими каблуками Льрисса могла бы вооружиться лучше, чем ножами.
Ближе к вечеру принесли еду. Поднос с фруктами, тонко нарезанным мясом и высоким стаканом с кровью просунули через небольшую створку внизу двери. Льрисса среагировала слишком поздно и не успела поймать когтями слугу за руку. А жаль. Зато удалось заполучить себе неплохой поднос и стакан из тонкого стекла. Стакан Льрисса сразу же разбила. От него осталось несколько острых осколков, которые вполне могли пригодиться в дальнейшем. Интересно, сколько ее собираются здесь держать? Рано или поздно должен же кто-то пожаловать на огонек. Тот же Маррис. Не может быть, что он ее запер здесь просто так. В любом случае, есть какая-то определенная цель. Нужно лишь затаиться и выждать удобный момент.
Спрятав под подушку самый крупный осколок стекла, Льрисса легла на кровать и задремала. Вампирша понимала, если она будет бодрствовать слишком долго, то только вымотается. Решить что-либо сейчас все равно невозможно.