— Ему придется все закончить немедленно, — отрезал Трейс. — Мы должны быстро собраться и отправиться в путь, пока не дал о себе знать еще один толчок.
Он не стал добавлять, что в последние дни его нервы напряжены до предела, что ему надоело видеть Броуди и Рейгана, расхаживающих с золотыми цепями на шеях, и что его все больше раздражает профессор Брейсфилд, копающийся в черепках. То, как Брейсфилд обращался с дочерью, чем-то напомнило ему поведение его собственного отца. Трейс был для него не более чем удобным помощником. Он ненавидел это тогда, и его возмущала похожая ситуация теперь.
— Поторопись, — сказал он Бетани. — Предупреди отца и всех остальных, что я хочу их видеть.
— Я все еще убежден, что мы могли бы остаться, мистер Тейлор, — беспомощно лепетал профессор Брейсфилд.
Они уже подошли к тому месту, откуда нужно было спускаться по веревочной лестнице. Однако теперь им приходилось передвигаться с тяжелым грузом золота.
— Возможно, — бросил Трейс, даже не взглянув на профессора.
Неприятное ощущение все еще не оставляло его. Ему показалось странным, что землетрясение закончилось так же внезапно, как и началось. Не было последующих толчков и оползней; все разрушения произошли только в затерянном городе.
Он посмотрел на перуанских офицеров, которые выглядели весьма жалко. Падающие камни рассекли одному из них бровь, а другому повредили ногу. Раны были несерьезными, но мужчины чувствовали себя отвратительно.
Только Рейган и Броуди были всем довольны. Они набрали столько золота, что едва могли переставлять ноги, но упорно отказывались оставить хоть что-то. Бетани шла молча и сосредоточенно. Лица индейцев-носильщиков, как обычно, были совершенно бесстрастны; Трейсу оставалось надеяться, что эти люди не предадут его в опасную минуту. Он подошел к нише, в которой оставил лестницу, и нахмурился, обнаружив, что лестницу кто-то трогал. Он оставлял ее аккуратно сложенной, а теперь веревки образовывали бесформенную кучу. Трейс присел на корточки, пытаясь понять, как это могло случиться.
— Трейс! — тихо позвала его Бетани.
— Да?
— Ты что-то скрываешь от нас. — Он раздраженно махнул рукой:
— Нет, ничего. Просто у меня… предчувствие.
Бетани увидела, что он рассматривает лестницу.
— Она сгнила?
— Нет, но… — Неожиданно он почувствовал себя ужасно глупо. — Она лежит не так, как я ее оставил. Наверное, какое-то животное сдвинуло ее с места.
Сзади раздался нетерпеливый голос Броуди:
— Тейлор, давай убираться отсюда. Я хочу поскорее добраться до мулов. Мне надоело тащить эту тяжесть.
Трейс презрительно посмотрел на него; губы его скривились. — Опять торопишься? Ладно, пошли.
Они размотали лестницу, и Трейс проверил, все ли с ней в порядке. Первым спустился Броуди. Из-за тяжелого груза его движения были медленными и неуклюжими. Потом последовали Рейган и Бетани. Профессор долго не мог попасть ногой на перекладину и даже пошутил по этому поводу. Он был на середине лестницы, когда внезапно раздался звук выстрела. Брейсфилд взмахнул руками и сорвался вниз.
— Папа! — закричала Бетани и бросилась к нему. Его лицо было необычно бледным. — Папа, что с тобой? Ты ранен?
В этот момент раздались еще выстрелы. Трейс начал отстреливаться.
— Нет, я не ранен. Но… у меня, кажется, сломана нога. — Профессор стиснул зубы от боли. — Как глупо вот так свалиться с лестницы…
Бетани быстро подняла его штанину и увидела, что нога отца начинает быстро опухать. Над их головами засвистели пули, но Бетани, не замечая опасности, потащила отца за выступ скалы, в безопасное место.
Подоспевший Трейс оттолкнул ее, поднял профессора на руки и, постоянно оглядываясь по сторонам, быстро отнес его на площадку за скалой. Бетани бежала следом.
— Ты можешь остаться здесь? — спросил Трейс, прерывисто дыша. Бетани кивнула. — Тогда сиди и приглядывай за отцом!
Он отошел от них и, спрятавшись за камнями, начал стрелять туда, откуда летели пули.
— Кто может стрелять в нас? — слабым голосом спросил профессор Брейсфилд.
— Не знаю, папа. Наверное, индейцы.
— Разве у них есть винтовки?
От этого вопроса у Бетани неприятно похолодело внутри. Действительно, разве дикие племена пользуются огнестрельным оружием? Когда Трейс пытался запугать ее, он говорил, что они применяют ядовитые стрелы. Вот именно, стрелы, копья, возможно, дротики, но никак не современные винтовки!
Тогда кто же стреляет в них?
Ответ на этот вопрос оказался у Броуди. Он подполз к Трейсу, волоча за собой тяжелую поклажу, и прищурился.
— Тейлор, как ты думаешь, не может ли это быть еще одна экспедиция? Наши конкуренты?
Трейс выстрелил, заметив какое-то движение в кустах, и только потом ответил:
— В любом случае, это не самые лучшие люди. — Броуди пожал плечами:
— Бентуорт предупреждал, что ходили слухи о других экспедициях. Поэтому он и послал нас с вами. Для страховки.
— Да, но от вас не так много толку, как хотелось бы, — заметил Трейс. — Может, ты хоть раз спустишь курок? По крайней мере, попытайся.
— Тяжелый ты человек, Тейлор, — вздохнул Броуди. Встав на колени, он положил ствол винтовки в углубление на поверхности камней и прицелился.
— Не знаешь, чья это может быть экспедиция? — спросил его Трейс несколькими минутами позже.
— Понятия не имею. Слышал только, что они ищут то же, что и мы. Видно, эти-ребята придумали более легкий способ добыть золото.
Трейс прицелился и выстрелил. Раздавшийся крик вызвал злую ухмылку на его лице.
— Сдается мне, это не самый легкий способ.
— Да, ты прав.
Трейс сделал паузу, чтобы перезарядить оружие и взглянул туда, где пряталась Бетани. Увидев, что она склонилась над отцом, Тейлор с тревогой подумал, что с профессором еще будут большие проблемы.
— Почему Бентуорт всегда остается в стороне, когда становится слишком жарко? — спросил Трейс.
— Он тоже бывал в переделках, — ответил Броуди, не отрываясь от прицела.
— Это было давно. Сейчас он предпочитает места подальше от сцены.
Броуди скорчил гримасу.
— Стареет, становится осторожнее.
— Боится умереть и оставить все накопленные деньги, — добавил Трейс.
Предприимчивый англичанин занимался несколькими деловыми проектами, приносившими немалую прибыль. Трейсу оставалось только гадать, были ли эти деньги честными или от них попахивало кровью.
— А где Рейган? — спросил он во время короткой паузы.
— Он с другой стороны скалы. С ним все будет нормально, он умеет держать оружие в руках.
— Лучше бы он умел из него стрелять, — проворчал Трейс.
В эту секунду на них обрушился шквал огня. Пули выбивали осколки из камней. Один такой осколок, острый как бритва, рассек Трейсу щеку. Неожиданно выстрелы прекратились.
— Думаешь, они ушли? — после долгого ожидания спросил Броуди.
— Скорее отступили. Попытаются поймать нас там, где мы не сможем защититься.
— Черт побери! Но что может быть хуже, чем эта лестница?
Трейс взглянул на него в упор.
— Ущелье, — сказал он и увидел, как кровь отхлынула от лица Броуди.
Когда они добрались до ущелья, Трейс обнаружил, что в результате оползня перекинутый через него мост превратился в смертельно опасную ловушку. Он тихо выругался и посмотрел на Бетани: та не отходила от отца. Профессору было очень плохо. Он жевал листья коки, но даже это мало помогало ему.
— Бетани, я ничего не могу сделать, — сказал Трейс, когда она испуганно сообщила ему, что отец не выдержит перехода через мост. — Или он попытается перейти, или погибнет.
— Может, мы сумеем перенести его? — беспомощно прошептала она.
Трейс хотел сказать ей, что это невозможно, но передумал. Он знал, что не бросит профессора.
— Я перенесу его, — пообещал он. Броуди презрительно фыркнул:
— Ты сошел с ума! Эти ублюдки подстрелят и тебя, и старика, как только вы выйдете на этот чертов мост! Оставь профессора здесь. Мы вернемся и заберем его, когда стрельба прекратится…