- Что, интересно? — спросил он.
- Мысль о том, что Бог усмотрел этого агнца, — она сглотнула слюну и постаралась выровнять голос, — знаю, ты думаешь, что я невероятно глупа. Я никогда не читала истории об Аврааме или Исааке, или о том, что Бог усмотрел агнца вместо того, чтоб был принесен в жертву Исаак.
- Это довольно-таки интересно. Думаешь, нам стоит изобразить Исаака на алтаре? Лезвие ножа — Авраам готового принести его в жертву.
- Боль и слезы на его лице.
- Однако глаза его обращены к Богу, — добавил Ник, — потому что он знал, что Бог не нарушит завета, а Он обещал, что восставит великий народ через Исаака. Бог должен был либо остановить Авраама, либо воскресить Исаака из мертвых.
Брук взглянула на Ника.
- Сможем ли мы изобразить все это на витражах? Простота рисунков может уменьшить заложенный в них смысл.
- Думаю, мы сможем сделать это, — сказал Ник, — мы покажем достаточно, чтобы люди возжаждали прочитать в Писании нечто большее.
Брук замолчала, глядя на свой набросок.
- Ты умный, Ник, — прошептала она, — это же не просто искусство для тебя, не так ли? Цель этой работы в том, чтобы привлечь людей к Источнику, чтобы они жаждали читать Библию?
Он улыбнулся.
- Мудрый как змея, простой, как голубь. Сам Иисус нам заповедал быть такими.
Брук потянулась за пачкой набросков, уже законченных ею, и начала просматривать их. Брук замерла, когда дошла до изображения Марии, держащей в объятиях своего избитого, истекающего кровью сына и омывая его слезами.
- Вот этот, — прошептала она, — именно он обращает к чему-то... настолько глубокому.
Он посмотрел на нее.
- Думаешь, это слишком?
Она продолжала смотреть на набросок.
- Это зависит...
- От чего?
- От того, хочешь ли ты, чтобы люди смогли отвести свой взгляд.
Он улыбнулся.
- Я нет.
- Пастору, наверное, будет трудно завоевать внимание людей, когда они не смогут оторвать взгляд от Иисуса.
- В этом-то и состоит задача пастора, — сказал Ник, — помогать людям не отводить взгляд от Иисуса. Хорее будет в восторге.
Она затихла на какое-то мгновение, но будоражащие мысли, словно титры фильма, пробегали по ее лицу. Затем она пролистала еще и наброски Ника, остановившись на черновом изображении мужчины, одетого в современную одежду: джинсы, футболку и теннисные туфли, и несущего крест на своих плечах.
- Я не понимаю чего-то в этом эскизе, — сказала Брук.
- Иисус является Новым Заветом, — сказал Ник, — если мы вступаем с Ним в этот завет, то мы должны брать свой крест и следовать за Ним.
- Взять свой крест? Как? Что он имел в виду? — эти вопросы возникали в ней почти одновременно. Но не желая выявить свое незнание перед Ником, она дала слово себе, что найдет ответ сама, когда у нее будет время заглянуть в Библию.
- Что-то не так? — спросил тихо Ник.
Она покачала головой.
- Нет, просто мне нужно было быть более внимательной в детстве на занятиях в воскресной школе.
Брук не понимала, почему ее глаза наполнялись слезами, или почему появилось странное острое желание в ее сердце, — она не была еще уверена в чем оно, но желание становилось все сильнее и сильнее.
Ник потянулся рукой через стол и коснулся ее подбородка.
- Я же вижу, что что-то не так. Скажи мне, Брук, в чем дело?
Она и сама не понимала в чем дело, но знала, что не может выразить этого острого ощущения пустоты или потребности, или...
- Эй, Пикассо.
Они оба вскочили. Сонни стоял, опершись о дверь. На нем были потертые джинсы, черная кожаная куртка и шлем в руке. Он пробежал глазами по комнате, но ничего не мог понять — что же здесь происходит? Его глаза выражали удивление ребенка, попавшего в Диснейленд.
- Сонни! — голос Ника прозвучал без особого энтузиазма при виде своего племянника, но все же он заставил себя улыбнуться, — входи.
Брук быстро вытерла влажные глаза, пока Ник отвернулся к племяннику.
- Брук Мартин, познакомься с моим племянником, Сонни Кастори.
Глядя на Брук с лукавой улыбкой, Сонни сделал шаг вперед и протянул ей руку.
- Если вы не возражаете, — проговорил он неловко, — позволю себе сказать, что теперь вижу, из-за чего была вся эта шумиха.
Сердцем чувствуя, на что намекал племянник Ника, хотя и сказал это в форме комплимента, Брук постаралась не злиться на него.
- Приятно познакомиться с тобой, Сонни, — сказала она.
- Что привело тебя сюда? — спросил Ник, — я думал, ты сейчас на занятиях.
Сонни глянул на часы.
- В пять тридцать? Я тебя умоляю.
- Пять тридцать? — Брук сняла свои часы с кульмана и открыла рот от удивления. — Ник, мы делали перерыв на обед?