— Можно и так, — согласился я, припомнив киношную фразу, и поднял портфель с тротуара. — Тогда я опять домой. Уроки делать. А ты пока поищи мне подходящее одеяние. Я же Угоднику обещал за бананами слетать, а в полёте прикинуться каким-то Суперменом. Так что, будь ласков. С тебя маскарадный костюм. Умеешь же портфели воровать.
Без лишних церемоний, отдал родному миру нахальные распоряжения и, как ни в чём не бывало, вернулся домой. Словно это не я, а он у меня состоял на верной службе. Будто так понукал им каждый божий день.
«Хамовато, конечно, получилось. Ну, прости шалопая», — извинился я мысленно и принялся исследовать Оленькин портфель.
Вытащив дневник и тетрадки, углубился в копирование классных работ и домашних заданий. Причём, решил сразу их выполнить, памятуя о праздничном вечере с Угодником за столом и плацебо на столе. Пришлось читать, писать, думать и запоминать.
Так увлёкся нехитрым повседневным занятием, что не заметил, как на диване появился комплект из ярко-красного плаща-накидки и такого же яркого, но уже синего трико. Красные плавки и какая-то невменяемая обувка или, скорее, кожаные носки прилагались к костюму в нагрузку и находились рядышком.
— С размером, вроде как, накладка вышла, — констатировал я, когда представил себя в этом нелепом взрослом одеянии, в котором наверняка бы «утонул».
— Чмок! — не согласился со мной персональный Хоттабыч.
— Подрастить меня собрался? — испугался я, что снова стану большим и неуклюжим.
— Чмок! Фух!
— А это что значит?.. Стоп-стоп. Лучше молчи. Вернее, не отвечай, — попросил я временного перемирия и вернул все школьные принадлежности обратно в Ольгин портфель. — Возврати с благодарностью. Какой – сам решишь. А пока, размагнить меня, пожалуйста. Мне нужно «домой вернуться».
Портфель, прошмыгнув в дверь, возвратился обратно к соседке, а я через минутку откашлялся, привлекая к себе внимание домочадцев.
— Я дома. А задержался потому, что сразу в школе домашнее задание делал, — доложил всем и сделал вид, что только что прибыл домой.
— Переодевайся и кушай, — донеслось из огорода от мамы. — Мы все уже пообедали.
— Не дождались, значит, — буркнул я недовольно и начал переодеваться.
Переодевался, переодевался, а когда мельком взглянул на себя в зеркало, чуть в обморок не упал.
— И как это его… Меня угораздило плавки поверх трико напялить? — возмутился я, когда увидел в отражении незнакомого худосочного парня, одетого красно-синим Суперменом в трико и плаще. — Шуточки? Рожу мне выстругал, как того у манекена в магазине «Одежда». Ещё букву на груди нарисовал. «S» – Skefiy. В общем, конечно, не уродливый, но только, что на это мамка скажет?
— Чмок!
— Её «чмоки» побольнее твоих будут. И крику… Как та сирена у пожарной машины, — на удивление, хладнокровно высказался я обо всём происшедшем, и поплёлся на кухню. — Как хочешь, а я на голодный желудок суперменствовать отказываюсь.
Я чинно пообедал, представляя, что снова стал взрослым и нахожусь в Кристалии и, сложив грязную посуду в тазик с водой, вышел во двор.
— Красавец, — всплеснула руками мама. — Смотри, Серёжа. Какой у тебя братик.
— Мама что, меня видит? — ужаснулся я вслух и присел на порог, прямо в нелепых красных плавках.
— Фух! — запоздало получил тёплое подтверждение.
— Чай не слепая. Вижу. Вырядился как в детском садике, когда играл роль Огня. Тогда ты тоже в красном плаще был и ёлочку сжечь обещал. Ну, так по сценарию было, — спокойно без сирен рассказала мама.
— Всемогущий я Огонь. Берегись! Меня не тронь, — процитировал я, вспомнившиеся реплики из детского спектакля.
— Помнишь, — обрадовалась мама. — Иди уже, куда собирался.
Я не то чтобы от такого её панибратства опешил, я потерялся в собственном дворике с мамой, Серёжкой и Туманом в качестве трёх незыблемо-сосенных ориентиров. Заблудился в захлестнувших мыслях и чувствах.
В полном отсутствии сознания выходил из родного двора, заполированный родными мурашками, буквально, ничегошеньки не соображая.
— Мама, а я сегодня Супермен, — глупо сказал в открытую калитку и был таков.
По взвизгнувшему Серёжке и ахнувшей маме, понял, что взлетел прямо у них на глазах.
— И что ты учудил? — попытался докричаться до Скефия сквозь встречный ветер. — На сверхзвук! Давай на сверхзвук. Как можно быстрее. Как в Кристалии было. И ветер свой выключи!
Ветер пропал. Я погрузился в оглушавшую тишину и понёсся в неизвестную сторону, в незнакомую страну, за неведомыми бананами.