Василиса на рабочем месте скорчилась от сильной боли. С каждой минутой ей становилось хуже. Не принято было в то время уходить с работы во время рабочего дня, надо было подписать не одну бумажку на разных этажах огромного здания.
Боль у Василисы становилась нестерпимо острой. Работу покидать нельзя, но если боль за пределами человеческого терпения?
Из последних сил она написала заявление, подписала его на этаже руководства и, сгибаясь в три погибели, отдала его, только после этого поехала домой. Дома боль превзошла все ожидания. Состояние жуткое — держать в своей ладони создание, которое не выжило в борьбе за производственные успехи. Ощущение страшного момента позже преследовало годами. Интересно то, что все стареет.
Фирма в последние свои годы стала снижать дисциплину, появилась возможность прийти на работу чуть раньше или позже, но и уйти с работы со сдвигом во времени. Естественно, Арина первой узнала, что у Василисы был выкидыш, довольно поздний по сроку беременности. Она посочувствовала в первую минуту, а во вторую спросила то, что больше всего ее интересовало:
— Василиса, а чей это был ребенок?
— Чей? Лесного лешего в плащ-палатке.
— Но плащ-палатка есть только у Витольда. Он отец ребенка?
— Да! Арина, а у тебя тоже был выкидыш, но ты в этом не призналась. Мы сами догадались.
— Раз он отец твоего ребенка, так он отец и моего ребенка, чего тут рассказывать?
— Понятно, обе влюбились, а дети не получились. А ты не в курсе, у Витольда вообще есть дети или одни выкидыши?
Женщины помолчали и разошлись к своим кульманам. Одинаковые духи разошлись по местам работы. Работа поглотила их полностью до следующего перерыва.
Василиса врачам о случившемся выкидыше ни слова не сказала, да и мужу она ничего не сказала. Это только вездесущая Арина узнала, а если она узнала, то узнал и Витольд, но не Витольд. Витольд страшно расстроился, но не из-за Василисы, а из-за себя, оказывается, такое происходит со всеми его женщинами: они его детей не донашивают. Вот тебе и любовь.
Несколько разработок Василисы попали на выставку ВДНХ, так тогда назывался лучший выставочный комплекс. На выставку Василиса поехала с Колей. Посмотрели они на свои изделия и пошли смотреть, а что интересного есть в других павильонах.
Приятно с приятным человеком ходить по выставке: тут посмотришь, там поешь, здесь погуляешь, а то и проедешь на местном транспорте. Выставка такое место: все равно знакомые растворятся в общей толпе и ты там никому не нужен. Но мир тесен.
На обратной дороге проходили Василиса и Николай мимо павильона со своими изделиями и столкнулись с Витольдом и Ариной. Перестрелка четырех глаз закончилась тем, что все сели в машину Витольда и поехали домой, а Николай, как всегда, в гостиницу.
Фирма в период своего расцвета была огромной. Чтобы управлять большим числом очень умных людей, работающих на вершине науки и техники, была введена суровая дисциплина. Рабочий день на всех этажах начинался одновременно в восемь часов утра. Инфаркт у проходной был нормой, а не исключением из правил.
Напряженная работа, связанная с разработкой контрольной измерительной аппаратуры, необходимой для контроля изделий, даром не прошла.
Совершенно случайно Василиса узнала, за что Витольд получил такую большую премию. Его подразделение разработало секретное оружие: магнитный луч попадал в металлическую часть на одежде человека и пронзал его насквозь, человек погибал мгновенно на глазах стреляющих…
Василиса задумалась: так, значит, а то и значит, что свою первую жену Витольд сам и убил из своего секретного оружия, ведь она погибла напротив его окон, именно там находится его подразделение! А сделал он это во время грозы. Умный мужик.
Так, а не мог ли он быть той самой молнией, которая достала сына Николая? Нет, здесь все серьезней. Мысль Василисы оборвалась. Страх пронзил ее насквозь: и она его любила? Любила.
На следующий день Василиса услышала о смерти еще одного человека. Люди сказали, что у него произошел инфаркт рядом с проходной. Василиса поняла сразу, кто стрелял в длинный зонтик, который был у погибшего человека. Зонт он всегда носил с собой, даже если не было дождя. Окна Витольда недалеко от проходной, просто они на два этажа выше. Василиса посмотрела на себя в поиске металлических частей, увидела сережки…
Но не в сережки ведь он будет стрелять? Жутко. Просто жутко стало девушке. Она поднесла магнит к сережкам, но они не магнитили, и она успокоилась.
Охранники никогда не переходили проходную, в здании царили свои законы и своя охрана. Смерти у проходной были столь естественны, что родственники уголовных дел не возбуждали и расследований никто не проводил.