— Я слышал, вы даже выпросили для него дозу наноботов.
— Да, это так. И был крайне удивлён, когда мою просьбу удовлетворили. Но без обучения с помощью виртуальной и дополненной реальности у нас бы вообще ничего не вышло...
— Понимаю. Ничего страшного. Стоимость процедуры инвазии оплатит конечный потребитель. Телохранитель с такой историей не может быть дешёвым, не так ли, Стив? Мы закончили обход?
— Да, мистер Стэнтон. Надеюсь, он не очень утомил вас.
— Что вы, мистер Грир. Спасибо за радушный приём и за сегодняшнюю ознакомительную экскурсию. Я получил очень полезную информацию. Перед тем как попрощаться, напоминаю ещё раз об особых правилах применительно к нашему новому пациенту в палате номер двенадцать. Это очень важный для нашего работодателя вопрос.
— Конечно, конечно!
Стивену Гриру, управляющему, было очевидно, что последние происшествия: назначение нового директора, появление загадочного пациента в двенадцатой палате и значительное повышение его, Стивена, оклада, взаимосвязаны.
— До встречи, мистер Грир. Приятно было познакомиться.
— Взаимно, мистер Стэнтон! До свидания.
Фантомы плавно растворились в воздухе. Начальство лично редко посещало вверенное ему государственное учреждение — Клинику углублённой реабилитации.
Предназначение подобных заведений — лечение тех, кто не смог с ходу адаптироваться в новом мире. Сеть клиник последние годы только расширялась. Хранилища матриц сознаний посадочного модуля «Бонавентуры» ещё не были выбраны и наполовину, но все необходимые специалисты давно трудились на своих местах. Теперь реинкарнационные камеры корабля «воскрешали из мёртвых» всех подряд, в случайном порядке. И кого только не оказалось в наспех набранном экипаже!
***
Сознание управляющего вернулось в его тело, в маленькую квартирку на окраине Нью-Окленда. Реальный Грир встрепенулся. Кушетка, на которой он лежал во время встречи с новым директором, слегка скрипнула.
— Стив, ты уже здесь? — послышался из спальни сонный голос Джулии, его жены.
— Да, дорогая!
— Иди ко мне, я замёрзла.
— Потерпи, солнце.
Грир, разминая затёкшую шею, прошёл на кухню.
— Пять минут, Джулия, — крикнул он оттуда. — Мне срочно надо чего-нибудь выпить.
— Плохие новости?
— Нет, что ты, напротив. Мне в полтора раза подняли зарплату. Теперь мы сможем снять квартиру поближе к центру и поменяем машину...
Джулия, шаркая по полу тапочками, прошла через гостиную, и появилась в дверях. В халате на голое тело, с растрёпанными волосами.
— Тогда и мне налей, — промурлыкала она.
Примерно спустя час, после бурного секса, уже засыпая, Стивен думал о том, что на текущий момент весь бизнес, крутящийся вокруг реинкарнации поселенцев весьма смахивает на обычную работорговлю. Графства и герцогства провинций платят внушительные налоги за право размещения своих вакансий на сайтах рекрутинговых служб. Производства, шахты, сельскохозяйственные угодья требовали всё больше и больше работников. Номинально действовали определённые квоты по распределению «воскрешённых», но обходные пути и мутные схемы существовали всегда и во всём. И, как и на рынках рабов, на каждого выходящего из инкубатора по результатам предварительного тестирования появлялся свой ценник.
В коллекции Клиники углублённой реабилитации также были «экземпляры», за которые на нелегальных аукционах готовы были побиться местные толстосумы. Патрисия Имберт, несомненно, являлась одной из жемчужин этой коллекции. Как и Майлз Годфри. Про постояльца палаты номер двенадцать в качестве товара управляющий даже не смел думать, как и о дальнейших планах начальства, связанных с этим человеком.
Глава вторая
Набережная Нью-Окленда, столицы государства Фриленд, с самого начала застраивалась по образцу популярнейших набережных Старой Земли. Здесь располагались офисы самых известных юристов и страховых агентств, отделения самых крупных банков, дорогие ювелирные магазины, известные нотариальные конторы, а также самые фешенебельные отели, самые престижные апартаменты и самые популярные рестораны. Кроме того, с недавнего времени тут открылись дипломатические представительства трёх северных анклавов. Заросли вьющихся растений, оплетающие белые фасады зданий первой линии должны были, согласно замыслу архитекторов, привнести «лёгкий привкус старины» в архитектурный комплекс главной улицы города. И на самом деле казалось, что люди появились на берегу этой живописной бухты не тридцать лет назад, а живут здесь уже несколько веков.