— Уже получилось. Предлагаю по случаю удачного завершения опытных работ, распить бутылочку шампанского.
Пока Соколов бегал за шампанским, Штейнберг привел в относительный порядок помещение, убрал ручной пресс, а из готового мыла сложил на столе небольшую пирамиду и накрыл ее полотенцем.
…
— Рад приветствовать прекрасным дамам в моем скромном жилище. — Лицо Файна расплылось в добродушной улыбке, когда в дверях его кабинета появилась Серафима Казанцева в обществе Анны Шторх. — Ради бога, красавицы, извините старика, что принимаю вас сидя, подагра проклятая замучила. Проходите, присаживайтесь.
— Не стоит так беспокоиться, Густав Францевич, мы ненадолго. — Успокоила ювелира Казанцева, усаживаясь в кресло. — Я заехала поблагодарить вас за оказанную мне помощь и заверить, что обязательно верну вам эти деньги. Чтобы у вас не возникло никаких сомнений на этот счет, я возвращаю вексель. Теперь он ваш, передаточная надпись на обороте сделана моей рукой, что может подтвердить сидящая здесь Анна Германовна.
Казанцева встала и положила на стол перед ювелиром злополучный вексель. Файн внимательно рассмотрел его, перевернул, изучил обратную сторону и положил на прежнее место.
— Боюсь, уважаемая Серафима Дмитриевна, я не совсем понимаю, о чем идет речь, поэтому вам придется мне кое-что объяснить. Как можно догадаться, Толстиков явился к вам за деньгами.
— Он предъявил мне вексель и сказал, что пришло время платить по долгам. Я отказалась, так как мой покойный муж никогда не занимал денег. Наше финансовое положение было стабильным и не требовало таких огромных сумм.
— После вашего отказа он сразу опротестовал вексель?
— Нет, он приходил еще два раза, предлагал решить дело мирным путем и не доводить до суда.
— Что конкретно он предлагал?
— Он сказал, что готов забыть про долг, если я… — Серафима запнулась и опустила голову.
— Выйдите за него замуж. — Подсказал Файн.
Серафима кивнула и, взяв платок, заботливо поданный Анной, промокнула появившиеся слезы. Наконец, немного успокоившись, она продолжила:
— Через два дня он снова пришел, и предложил снизить сумму долга до пяти тысяч рублей. Я опять отказалась, и тогда он опротестовал вексель.
— Ему ничего другого не оставалось, поскольку истекал десятидневный срок. Вам нужно было не пытаться самой решить эту проблему, а придти ко мне. Ваша беда, уважаемая Серафима Дмитриевна в том, что вы слишком самостоятельны, вы считаете, что сама можете разобраться со всеми вопросами, а это далеко не так. Поверьте, я вас прекрасно понимаю, ведь как не крути, а обращаться за помощью придется к мужчинам и это делает вас уязвимой, зависимой от того, кто оказал вам услугу. Придет час и он может потребовать вернуть «должок», а что это означает по отношению к женщине, мы с вами хорошо знаем. Не надо смущаться, я старый человек и могу себе позволить некоторые вольности, иной раз это лучше, чем ходить вокруг да около. Давайте вернемся к этому векселю, как я понимаю было назначено судебное разбирательство.
— Да, я получила повестку в суд, однако, накануне вечером курьер доставил постановление, где сказано, что Толстиков отозвал свой иск и не имеет ко мне никаких претензий. В конверте, вместе с бумагой из суда лежал и вексель.
— Мне льстит, дорогие дамы, что вы сделали из меня этакого российского Робин Гуда, но, еще раз повторяю, я к этому не имею никакого отношения.
— Дядя Густав, — вступила в разговор Анна, — мне сообщили, что в магистрат вместе с купцом Толстиковым приезжал адвокат Гринберг, который якобы представлял интересы Серафимы Дмитриевны.
— И на этом основании вы решили, что именно я уладил это дело? — Удивился Файн.
— Но ведь Гринберг ваш адвокат. — Уже без былой уверенности в голосе сказала Анна.
— Исаак Соломонович грамотный специалист, к тому же, что немаловажно — честный человек, поэтому его услугами пользуется половина города и я в том числе. Ваши рассуждения милые дамы построены на песке.
— Но ведь кто-то же, оплатил вексель? — Возразила Казанцева.
— Скорее всего, Серафима Дмитриевна, у вас есть тайный покровитель, который и помог решить эту проблему. Обратите внимание, он не стал красоваться перед вами, бросать к вашим ногам пачки денег и тем более кричать на каждом углу о своем благородстве. Все сделано тихо, чтобы не дай бог не запятнать ваше имя. Как видите, среди мужчин тоже есть достойные люди, возьмите молодого человека, который вступился за Анну, он ведь рисковал своим здоровьем только чтобы защитить совершенно незнакомую девушку.