План не имел концовки — убийца не продумал побег, и виной тому один вопрос, нещадно скребущий подкорку.
"Куда я ему выстрелю?"
Вопрос на стыке двух плоскостей Летаровой жизни.
"В голову или в руку?"
Выстрел в голову был выдохом, отпущением всего, что только было в жизни убийцы. Тугой спусковой крючок сдвинется, и история всевидящего провидца окончится вместе с ударившим в уши хлопком. Больше он не доставит Летару проблем. Никогда.
Выстрел в руку был вдохом, попыткой вновь вытянуть чужую жизнь в пользу своей. Дерас вскинет ладонь, и её тут же разорвёт в клочья вместе с возможностью архимага сопротивляться. И вот тогда Летар прибьёт ублюдка мечом к полу, и утолит свою жажду магии.
Мгновенное убийство и побег, или пытка и правда о местонахождении Кириона?
"Дерас умрёт в любом случае, и если в печати будет хотя бы пять минут запаса…"
И Летар стал ждать, отсчитывая время до утра, с надеждой на то, что походы в северную часть города — это ежедневная рутина Макза, и он не застрянет во дворце, завышая авантюре Летара градус самоубийственности.
Утро наступило мгновенно. Ночь подняла свою непроницаемую мантию с земли, накинула её на плечи и оставила Альмун с твёрдым намерением пересечь море и погостить в западных землях. Летар даже не заметил, как посветлело небо — исполненным магии глазам не было дела до темноты, — а вот ослепительный диск, поднявшийся над столицей, пробудил в нём ворох эмоций. Рассвет означал не только смену караула, но и утекающее сквозь пальцы время. Да, ожидание было частью плана, но что с того, когда каждый прошедший час отламывает всё больше и больше от твоей линии жизни? Следующий час отнимет у Летара примерно одну тридцатую жизни. Следующий после него — одну двадцать девятую. Летар стал целителем, чтобы обмануть этот отсчёт, но похоже, одурачить сухие цифры не дано никому.
Когда время собралось отнять у Летара одну двадцать четвёртую жизни, на ступенях дворца показалась знакомая фигура в сопровождении разношёрстного отряда людей. Если вчера телохранители отвечали за безопасность одного только герцога, сегодня же на их удвоившееся число плеч легла ответственность ещё за нескольких западных вельмож. Среди ряженых богачей, не годившихся для драки, связная не затесалась, и Летар бесшумным выдохом поблагодарил судьбу за то, что та не рушит очередной план за сутки до исхода печати. На этот раз Макз не задержался, поспешно покинув площадь.
Летар пожалел, что с его насиженного места не видно башенных часов. Предсказать, когда именно произойдёт смена караула у дворцового входа по одному только солнцу было затруднительно, а считать удары сердца убийца не желал — организм вмешивался в ход времени, заставляя сердце биться чаще.
Дождавшись перемены в рядах врагов, Летар покинул своё насиженное место и отправился по улице в обход дворца. Он уже наметил, из какого переулка рванёт к заветным дверям, но прежде чем пересекать площадь, требовалось утянуть дворцовую охрану в совершенно другом направлении.
Убийца занял позицию на узкой аллее, в тени невысоких желтеющих деревьев. От дворца это место отделял ряд домов, по счастью, не сгоревших до тла. Уходящая в обе стороны от аллеи улица соединялась с площадью несколькими проходами, по одному из которых стража нагрянет к приманке Летара, а другим Летар воспользуется для отступления. Если на входе во дворец кто-то всё же останется — убийца не боялся испачкать меч или сантипушку, лишь бы добраться до цели.
Пальцы пришли в движение, сгущая перед собой огненный тромб. Чётко сформировавшийся шар оранжевого пламени быстро темнел, будто черпая цвет из палитры эмоций Летара. Руки его не знали дрожи, пропуская через себя потоки скудной, но разрушительной энергии, собирая её в один ком, чтобы надолго забить им глотку западных вояк.
Летар вытолкнул шар вперёд, тот со свистом прочертил в воздухе дымный след и ухнул в деревянную надстройку здания в конце аллеи. Раздался хлопок, будто разом вспыхнул весь находящийся там воздух, и в небо брызнули черепичные обломки.
Убийца, не теряя времени, побежал к намеченной точке отхода, собираясь затаиться у поворота на площадь и выждать реакцию дворцовой стражи. Но он даже не успел добежать до нужного места, как из-за поворота вдруг возникла знакомая четвёрка облачённых в синие туники фигур, каким-то образом оказавшаяся рядом с Летаром вопреки планированию убийцы, вопреки границам допустимого, вопреки логике. Объяснение произошедшему пришло, стоило Летару скрестить взгляды с их магом. Скрестить их так, будто между ними не было разрыва в двести шагов. Так, будто маг напротив мог разглядеть каждый капилляр в глазах Летара.
"Ублюдок видел всё от и до!"
Летар мгновенно представил прошедшие сутки со стороны — так, как их видел этот маг-стражник, чьё магическое зрение значительно превосходило урезанные возможности убийцы. Он всю свою смену не поворачивался в сторону укрытия убийцы, даруя ему ложное чувство уверенности, а на самом деле следил за ним периферическим зрением, видел его в отражении на кинжале сослуживца и даже сквозь сомкнутые веки. Даже со сменой караула, он продолжал следить за своей жертвой прямо через тающие перед его взором дворцовые стены, выжидая, когда Летар наконец перейдёт к действиям. И Летар перешёл, переменившись из категории любопытного дурака и возможного шпиона, в категорию саботажника и опасного мага.
Взрыв разума занял меньше секунды. Летар схлопнул капкан воображения и воздел руки. Западный маг нёсся на него с нечеловеческой скоростью, оставив своих соратников далеко позади. Его горящий взгляд продолжал буравить лицо Летара, и убийца отвечал взаимностью. Сближение происходило само собой, расстояние потеряло свой смысл, они видели друг друга в упор, и убийце приходилось считать вдохи, чтобы не потерять момент. Когда Летара от противника отделяли какие-то полсотни шагов, из своего лона выпрыгнула сантипушка. Она стала продолжением взгляда Летара и тут же громыхнула выстрелом, ударив по руке убийцы невиданным снопом искр из пороховой полки и запрокинув ствол вверх. Западный маг не обратил внимания на снаряд то ли прошедший мимо, то ли не нанёсший вреда. Даже не споткнувшись, он достиг Летара и вытянул руки, собираясь взять убийцу в захват. Летар тут же рванул в сторону, посостязавшись с противником в скорости.
Дуэль магов мгновенно перешла с улицы в ближайший дом — такую же потрошённую развалину, как и прочие, чьим единственным отличием в силу расположения в богатом районе были непривычно высокие потолки. Летар занырнул в помещение, надеясь, что удастся забиться в какой-нибудь угол, запереть дверь и перезарядить сантипушку — иного козыря против четверых западников у него не имелось — но его надежда была тщетна, ублюдок-маг не отставал. Летар понёсся по лестнице на второй этаж, спрятав сантипушку и второпях вытягивая меч из-под плаща.
Лезвие выпорхнуло из ножен, стоило убийце достичь последней ступени. Увесистый брус заточенной стали рассёк воздух рядом с лицом западного мага, заставив его отшатнуться и сделать пару шагов вниз. Летар воспользовался тем, что противник замешкался, и сместился в сторону, нырнув в ближайшую комнату. Решение оказалось неоправданным. Это была комната прислуги — внутри не нашлось окон, если не считать узкого просвета под потолком, проходов в соседние комнаты тоже не было; даже прикрыться нечем, несмотря на внушительный размер помещения, вокруг только то, что западники не сочли нужным вынести. Убийца откинул меч в сторону и всем весом навалился на тяжёлую дверь, но не успел затворить её. Западный маг проявил свои звероподобные способности, взяв дверь на таран и сшибив Летара с ног. Убийца кубарем прокатился по полу, вернул себе ориентацию в пространстве и вышел из беспорядочного вихря инерции, подлетев и приземлившись на ноги.
Оба мага вскинули руки синхронно. Туда, где стоял Летар в тот же миг стянулось всё содержимое комнаты: пустой умывальник ударил рядом с головой убийцы, следом забарабанили оставшиеся от платяного шкафа доски, с грохотом в стену ударил железный каркас кровати, и туда же на треть своей длины впился выброшенный меч. Летара все эти снаряды миновали — он отпрыгнул в сторону и сплёл заклятье незримости, выпав из поля зрения противника. Зацепившись за мгновение замешательства врага, Летар подлетел к нему, крутанулся на месте, пожертвовав пригодным для магии положением рук, и нога убийцы по широкой дуге приземлилась на шею значительно уступающего в росте западника. Силы удара хватило бы, чтобы забить быка, и западник предсказуемо рухнул, громыхнув кольчугой об пол, но из боя не вышел — яростная подсечка отправила Летара вслед за ним. Сверкнул кинжал, положенный солдатам Края по уставу, и убийца едва успел выдать новое заклятье, чтобы не встретить лезвие горлом. Поток ветра хлестнул по комнате, растолкав сцепившихся на полу противников в разные стороны. Летар оказался за десяток шагов от западника и вновь растворился без следа, но теперь западник оказался к этому готов. Поднявшись на ноги, маг захлопнул дверь, припечатав её засовом, и тем самым отказав себе в подкреплении, уже грохочущем доспехами по лестнице. Три пары латных рукавиц забарабанили по толстому слою дерева, но безуспешно. Вместо того, чтобы впустить сослуживцев, маг вдел кинжал в ножны на поясе, плавно повёл ладонями перед собой и сжал кулаки. Тотчас меж пальцев, как из печной трубы, повалил густой чёрный дым.