Светило ускорилось, обросло едва заметным коническим шлейфом из белых частиц, мгновенно оставило его позади и за считанные секунды прочертило в воздухе многокилометровую полосу дыма. Столкновение произошло быстрее, чем возможно было осознать. Крохотная звезда беззвучно клюнула непреклонную башню в венец, и в ответ на это кто-то вырвал из реальности целый клок. Весь свет мира всосался в образовавшуюся дыру, и на крохотное мгновение слово "зрение" утратило смысл, оставив вселенную в первозданной тьме. Но смысл вернулся прежде, чем человек успел оплакать потерю, — из пустоты навстречу непроглядной мгле устремился гигантский раскалённый стебель, застлавший небо насыщенным багрянцем. На вершине медленно распустился огненный цветок.
***
От летающего острова не осталось и воспоминания, башня разлетелась, как переспелый арбуз под ударом молота, и каменные ошмётки взметнулись во все стороны. Ударная волна потащила Летара в сторону, позволявшие ему летать огненные струи сдуло, и целителя закрутило в вихре взрыва без всякой возможности остановиться. Дезориентированный Летар рухнул на кровавую поверхность моря под пологим углом, с горячим шипением отскочил от неё несколько раз, и всё же смог выставить руки перед собой, чтобы предотвратить ещё один удар о воду. Ладони фыркнули и выдохнули пламенем, позволив целителю зависнуть в воздухе.
Пространство трещало и искрило, не справляясь с концентрацией энергии, мир прогибался под невыносимым давлением магии. Летар испытывал доселе неведомые ему ощущения, чувства обострились до предела, сеть его нервов разрасталась куда-то за грань бытия, оплетая чужеродное нечто, казавшееся раньше чистой абстракцией, но теперь обретшее физический смысл. Он увидел энергию. Увидел её истинный цвет, отвергнутый восприятием обычных людей. Увидел, как огнелист восстанавливает её с таким напором, что старые энергоканалы лопаются и меняются, становясь шире. Сакральный для магов запас возрос.
Но ненамного. Трансформация оказалась менее впечатляющей, чем Летар ожидал — краткий миг гиперрегенерации сходил на нет, исчерпав себя избавлением от застарелого яда и взрывом башни, на которой даже не оказалось Дераса. Кожа Летара тускнела, теряя способность выдерживать нагрузки вроде преодоления километрового расстояния в секунду. Добела выцветшая одежда на целителе перестала пропускать свет. Летар стряхнул огонь с кистей и упал на возникшую под ним ледяную платформу. Остывающая ладонь скользнула напротив лица. Мозг сдался и загнал новую картину мироустройства в привычные рамки. Усеявшие тело прожилки незнакомого цвета стали серыми, голова перестала идти кругом от избытка впечатлений, и целитель поднял нечеловечески зоркий взгляд на алое зарево, расплескавшееся до самого горизонта.
Небо заполнили осколки башни, а с запада на Летара надвигалась стена подобная той, что он видел под Трианом, лишь высота разнилась — гребень циклопической волны заставил Летара запрокинуть голову. А там, над гребнем, он увидел каменную плиту, несущую его немезиду.
Сколько Дерас Каас потратил энергии на подъём этой толщи воды, Летар лишь догадывался по полупрозрачной вуали вокруг неё, и ясно осознавал, что у него развязаны руки. Сколько бы сейчас Летар ни отдал в ответ, графский сынок уже не превзойдёт своего целителя и не заглянет в его будущее. Гонимый этой уверенностью ветер подхватил Летара и с размаху запустил в надвигающуюся стену.
Дерас Каас, кажется, даже не разглядел потухшую фигурку, устремившуюся к очередному творению его магии. Многочисленные обломки башни градом прошлись по округе и увязли в титанической волне, которую оседлал провидец. Редкие долетевшие до него самого камни отскочили от жёсткого панциря энергии. В несколько движений он заглянул в своё ближайшее будущее и не увидел там ничего пугающего. Решив, что печать всё же взяла с Летара дань, провидец не поддался панике и решил довести дело до конца, толкая жидкую гору в сторону обмелевшей альмунской гавани.
Парящая платформа покачнулась, откуда-то снизу пахнуло холодом, и гигантская волна захрипела. Лёд растёкся по всей её поверхности в считанные секунды, распространяясь вокруг скопившегося в воде мусора. Громадина будто споткнулась, упёршись ледяным днищем в дно морское, надломилась и медленно рухнула, выместив из-под себя тысячи тонн жидкости.
Летар мигом оказался на образовавшемся леднике, не растеряв и половины энергии, и вскинул руки. Поток ветра с оглушительным хлопком выстрелил через светлеющее небо и стряхнул Дераса Кааса с его излюбленной платформы. Архимаг полетел вниз и беспорядочно закружился в воздухе, но не успел он достигнуть земли, как из его защитного кокона вырвались серые полупрозрачные щупальца, видимые лишь чувствительным глазам. Дерас Каас коснулся ледяной корки одним из щупалец и легко приземлился на ноги без вреда для энергетического барьера, оставив Летара в замешательстве о характере используемой магии.
Целитель махнул рукой, потоком ветра запустив в противника целый рой ледяных клинков. Безуспешно — серая аура по велению рук Дераса вдруг раздалась во все стороны, обратившись в бесформенное нечто и обступив снаряды на полпути. Архимагу хватило одного движения, чтобы отправить их обратно вопреки воле Летара и заревевшему вдвое громче ветру. Летар попытался отпрыгнуть, но серая клякса упредила прикосновение холодных лезвий, хлестнув щупальцем и замарав целителя, и Летар вдруг отлетел гораздо дальше, чем собирался. Секундой позже ощущение бесконтрольного полёта сменилось предельной тяжестью, и Летара с чудовищной силой бросило вниз, чуть не размазав о поверхность ледника. Целитель почувствовал, как хрустнули рёбра при приземлении, и рефлекторно откатился, избежав обрушившегося следом града кольев.
Не понимая, чем именно его пытаются убить, Летар вскочил, оскальзываясь на льду, и вперил взгляд в своего заклятого врага. Излучаемый полем боя холод сковывал движения, но не сковывал время. Нужно было спешить, но в то же время спешить нельзя было. Летар уже недооценил способности Дераса, и не мог позволить ему застать себя врасплох. Вернувший магию Летар был беспредельно силён, но не имел никакой подготовки: если он применит что-то предельно мощное, и эта атака вдруг вернётся к нему же, он может уже и не уйти от смерти кувырком по скользящей поверхности. Дерас, в свою очередь, не торопился колдовать, выжидая действия со стороны Летара.
Целитель приставил ладони к глотке и дыхнул потоком огня. Оранжевый поток заревел, оставляя ложбину во льду на своём пути, но стоило пламени преодолеть серый барьер, выросший на полпути между целителем и провидцем, как оно остановилось, потеряло свой оранжевый цвет и померкло, скомкавшись в едва видимую голубоватую сферу.
Летар не стал ждать, когда и этот снаряд вернётся к нему, ударив по провидцу светлой вспышкой целительской магии, призванной закупорить ублюдку кровоснабжение и подарить ему букет инфарктов. Неосязаемая сфера светлой энергии беспрепятственно преодолела серый барьер и вгрызлась в защиту Дераса, истончив её, но не причинив вреда её хозяину. Серая масса отступила, стянулась обратно к Дерасу, чтобы добавить слои к его защите, и лишившийся неестественной поддержки огненный шар лопнул, полыхнув на прощанье рыжей вспышкой. Сквозь эту же вспышку в лицо Дерасу тут же прилетел белоснежный луч, пустивший по сгустившейся защите провидца сеть трещин. Серая аура принялась истлевать, как трут от прикосновения искры.
Летар напирал, держа обе руки перед собой и не снижая интенсивность убийственного потока, крошащего защиту Дераса, как яичную скорлупу. Дерас вытянул меч из ножен и выставил оружие перед собой. Часть ауры перетекла в клинок без единого движения рук со стороны провидца — обволакивающая его тело защитная энергия оказалась динамическим заклятьем, сотворённым заранее. Луч целительной магии врезался в посеревшее лезвие и распался на части, не в силах совладать с неорганикой. Дерас тут же перешёл в контратаку, рванув к Летару с немыслимой скоростью фехтовальщика-мага, но на сей раз целитель был готов удивить противника собственной прытью. Он приподнял руки повыше, чтобы наполнить свои мышцы дозой запредельной силы, как вдруг правая кисть будто вспыхнула пламенем.