— Боги! — взвизгнула Нэйприс, озвучив мысли Летара. Затем уже добавила свои. — Самоходная карета! Вам удалось!
— И без идиотских парусов, — в голосе Нирэйна слышалась всё самодовольство мира. — Рад познакомиться, Нэйприс, я Нирэйн Лит, лучший инженер из всех высокородных инженеров в мире, — тон его понизился: — фразу «потому что единственный» принято опускать.
— Ого, — уже сдержаннее произнесла Нэйприс, устыдившись всплеска эмоций. — Такое увидеть дорогого стоит. Теперь я вдвойне рада, что вы нас не прикончили.
— Тебя мы в любом случае не стали бы трогать, — пробормотал Найррул себе под нос.
— Спасибо тебе, Найррул, — достаточно искренне ответила девушка и притихла.
Карета подкатила к поместью, и Лит отдали последние распоряжения своим стражникам, после чего путешествие продолжилось на повышенной скорости. Летар ощутил острый приступ морской болезни. И не смог понять, какого это чёрта, если из морского здесь только штурвал. В итоге, он решил держать рот закрытым всю поездку до Альмуна.
Не вышло. Через пару часов карета выехала к развилке и помчалась не на север, но на восток.
— Какого чёрта? — выдавил Летар, щурясь от солнца, ударившего в боковое окно. — Мы разве не в столицу едем?
— О нет, — ответил ему Нирэйн и поправил кристалл в ложе, отчего карета дёрнулась и двинула ещё быстрее. — Сперва мы заглянем на восток. За драконом.
Никого кроме убийцы и его спутницы это заявление не удивило. Лит заранее всё спланировали.
Нирэйн продолжил:
— Нам нужен дракон, чтобы хоть что-то противопоставить неминуемому контрнаступлению Края и надвигающейся орде гарпий. Врагам нет числа, а войск у нас: тысяч двадцать в столице, да силы матери на севере. Её союзники и те сейчас больше озабочены собственными владениями, нежели сохранением империи. Но зато мы знаем, где прячется восточный дракон. А ещё на нашей стороне есть человек, который убил архимага, пересилившего целых пять драконов.
— Вы думаете я могу приручить дракона? — с сомнением спросил Летар.
Мэлоди насмешливо фыркнула:
— Ещё чего. Дракона приручу я. У меня энергии не с два зёрнышка.
— Да ну? — Летар не стал скрывать раздражение.
Нирэйн откинулся на своём сидении и доверительно пояснил убийце:
— Мэлоди второй по силе маг империи. Или теперь уже первый?
— Сила магии не в запасе энергии, а в умении её применить, — Мэлоди осадила братца и свысока глянула на убийцу. — Но равных мне не осталось ни там, ни там.
Летар с раздражением отметил, что прежде никогда не хотел вернуть свою магию только затем, чтобы превратить чей-то снисходительный взгляд в испуганный. С расширенными зрачками, побледневшим лицом и внезапным сожалением о заносчивости. Но за неимением магии, убийца решил ударить словом:
— И какова пропасть между тобой и Дерасом? Я видел, как старик в два взмаха обратил половину пустыни за трианской стеной в стеклянную воронку.
Мэлоди стушевалась и не ответила. За неё вступился брат.
— Неслабо, — впервые голос Нирэйна не оказался сдобрен сарказмом. — Ну нет, Мэлоди изучает другие направления магии. Так что она не остановит армию в одиночку или ещё что в таком духе. Но энергии в ней полно, дракона приручит запросто.
— Вот уж надеюсь, — не стал сдаваться Летар. — Я видел одну такую тварь под Вионом, там она без затруднений сожгла целый флот. А нас здесь шесть человек.
— Ты же и заставил дракона сжечь этот флот, — вполголоса напомнила Нэйприс, заслужив косые взгляды дворян напротив. — Не бойся того, что можно использовать.
— И ты туда же?! — вытаращился Летар и не нашёл иных слов.
***
День 31
Летар потирал ладонь исцелённой руки в надежде стереть с неё метку. Прошло чуть больше суток с того момента, как погиб Дерас. Озвучиваемые Мэлоди новости со всех концов империи не оставляли сомнений — архимаг действительно мёртв. И печать на руке Летара настоящая, в этом он уже удостоверился насколько мог. Так в чём же мог ошибиться наёмный убийца?
Печати — иррациональное, независимое от магов как таковых явление, невесть откуда черпающее энергию. Но печати подчинялись безупречной логике, следуя букве условий, которые каждый задавал себе сам. И Летар своё условие выполнил. Архимаг мёртв, как ни крути.
Значит, проблема в другом. В каком-то трюке, который провернул заказчик. Заказчик, чьего лица убийца не знал. Но знал человека, возможно имеющего нужные сведения. Киль — координатор из Альмуна, изначально устроивший встречу, вполне мог сказать что-нибудь полезное о загадочной личности.
"От Альмуна меня отделяет один лишь дракон. Но отделяет ли он от магии?" — Летар не оставлял надежды, что кровь или ещё что из драконьего нутра может обладать необычными свойствами. Если удастся вернуть прежние способности, вопрос с печатью будет решён в разы быстрее. Что останется Летару потом? Разве что поселиться с Нэйприс в тихом местечке, где его не достанут.
Летар приложился лбом к прохладному окну кареты и посмотрел на проносящийся мимо лес. Чудо-изобретение Нирэйна мчало вперёд на бешеной скорости, то и дело ударяя пассажирам по мозгам встречной кочкой. Но такие неудобства казались мелочью, если учесть, что уже на днях они достигнут драконьего убежища. А потом потратят всего день-другой на дорогу до столицы. Конечно, они могли бы приехать даже раньше, но Летар наотрез отказался наполнять Нирэйна магической бодростью. Убийца не только хотел сэкономить энергию, но и боялся того, что поездка по темноте ничем хорошим не кончится. Зато на рассвете он проснулся первым и сразу растолкал спящего прямо в капитанском кресле лорда-инженера.
Остальные ещё спали. Нэйприс устроилась головой на коленях убийцы и не размыкала глаз даже днём, сводя к минимуму зрительный контакт с семьёй Лит напротив. А вот Летар то и дело поглядывал на них, ловя каждое произнесённое слово. Пусть они и были у себя на уме, нельзя было игнорировать их присутствие рядом, как и тот факт, что убийца невольно оказался у них на службе. Одного дня ему хватило, чтобы составить своё представление о каждом члене семьи этих нанимателей.
Витилесса — императрица, а значит и старшая среди них. Властная, требовательная, но с ледяным темпераментом. Чувствовалось, что с детства она готовилась воссесть на трон. Точно знала границы своего влияния. При этом игнорировала то, что Летар обращался ко всем высокородным на ты, приравнивая его непочтительность к глупости.
"Переучивать глупцов — не моя задача", — сказала она. — "Моя задача избавиться от них".
Мэлоди — колдунья и младший отпрыск из всех. При ближайшем рассмотрении вскрылось, что ей едва стукнуло двадцать, и это сказывалось на поведении. В отличие от сестры, к глупцам горела неприкрытой ненавистью. Равно как и к целителям, по каким-то своим причинам. Превыше всего ставила магию и изучение понятных ей одной структур и зависимостей. На этих основаниях мнила себя учёной, а магов нечувствительных к энергии считала неполноценными.
Найррул — солдат до той степени, какая вообще возможна в среде высокородных. Говорил коротко, только по делу. В глазах его горело желание схватиться с врагом, будь то Край, гарпии или даже Летар, сидящий напротив. Когда переставал пялиться на убийцу — утыкался в карты и летописи, планируя грядущие сражения.
А Нирэйн казался причиной, по которой все эти люди ещё не перегрызлись. Говорил твёрдо, но насмешливо. У сдержанной Витилессы вызывал тень улыбки, Мэлоди внимала каждому слову, а Найррул переставал хмуриться… По крайней мере, пока с языка Нирэйна не начинали слетать вереницы ругательств. Сверх того, Нирэйн был ответственным за присущее группе бесстрашие — это в его голову приходили эксцентричные идеи вроде подчинения бесконтрольного дракона и найма пойманного за руку убийцы.
— Ты нерационально используешь невидимость, — бросил он Летару вполголоса.